Любите ли вы пригородные электрички так, как люблю их я, дорогие читатели?
Нынче РЖД уже поистратилось знатно на модернизацию вагонов, а заодно и выпилило непопулярные пригородные направления, а давеча-то не то, что нонеча (я рассказывал о той атмосфере в своей байке про нетерпение и последующее наказание.
Пригородными электричками Йошкар-Ола-Казань и обратно в период майских праздников активно пользовались "толчки", которые еще не выросли в реконструкторов (для детей нового века кратенько: люди разных социальных страт и возрастов готовились к полигонной игре, шили себе одежду средневековую или фэнтезийную, делали доспехи из подручных материалов, а потом ехали в лес и дуплили друг друга алюминиевыми или деревянными дрынами во имя победы Добра над разумом).
Вот такая вот компания, состоящая из четырех светлых паладинов с изрядно синей аурой и расположилась в общем вагоне пригородного поезда, который должен был доставить их до станции Шелангер. Смотря друг на друга стеклянными глазами, мастера меча и кистеня периодически опрокидывали в свои бездонные глотки водку из металлических стопочек, занюхивая немытыми хайрами соседа.
Как обычно, колоколом прогудела тревожная новость: водка у рыцарей пьяного образа внезапно закончилась. Поезд только-только подбирался к станции Сурок, а это означало, что до Шелангера еще невыносимо трезвых полтора часа. Свист четырех пар губ достиг спутника-шпиона, который кружил по орбите, прослушивая мировой эфир, когда концессионеры приняли единственно верное на тот момент решение:
- Колян, вот тебе деньги, купи в Сурке водочки.
Как самый трезвый, Колян смог подняться и меланхолично направился к выходу из вагона. С трудом удерживая себя в вертикальном положении, он горохом ссыпался по металлической лесенки, включил строевой шаг и направился в сторону ближайшего ларька, где торговали водкой разной степени палености и ядовитости.
Небо затянуло тучами, гномы-механики перестали стучать своими инструментами по шпалам и поезд издал протяжный гудок, возвещая о своем убытии со станции. Медленно, враскачку, поползла многовагонная зеленая гусеница, и только прилипшие к окнам белые лица концессионеров наблюдали, как за вагоном бежал Колян, держа в руках две литровые бутылки водки. Он бежал, как Форрест Гамп за счастьем, как челюскинцы от мороженого. И, когда закончился перрон, Колян спикировал вниз, изображая рок-звезду, прыгнувшую в толпу во время рок-концерта. Руки в стороны - лицом в щебенку.
Разбитое лицо, грязь вперемешку с кровью - но спасена была водка. Колян догнал поезд на такси, впрыгнул в вагон в Суслонгере и долго еще славили его подвиг в веках.