Опять грущу под утро апрельскую порою И вспоминаю про того, кто мне грехи прощал. Не слышен благовест здесь, над не русскою землею. Воскрес ли ты, Христос?- себе вопрос я задавал. Здесь нет ни храмов, ни молитвенного пенья. Из мимо протекающей толпы никто не глянет на меня. А я всё жду, когда настанет Воскресенье, Я молча жду, я жду в душе, Христос я жду тебя. Не приведут меня ни к алтарю и ни к престолу. И правда тут звучит из непонятных сердцу слов. Я опускаюсь на колени, склоняю голову до долу И в тишине над озером я слышу звон колоколов
Опять грущу под утро апрельскую порою
И вспоминаю про того, кто мне грехи прощал.
Не слышен благовест здесь, над не русскою землею.
Воскрес ли ты, Христос?- себе вопрос я задавал.
Здесь нет ни храмов, ни молитвенного пенья.
Из мимо протекающей толпы никто не глянет на меня.
А я всё жду, когда настанет Воскресенье,
Я молча жду, я жду в душе, Христос я жду тебя.
Не приведут меня ни к алтарю и ни к престолу.
И правда тут звучит из непонятных сердцу слов.
Я опускаюсь на колени, склоняю голову до долу
И в тишине над озером я слышу звон колоколов