Два десятилетия в России создавалась система власти под руководством президента Владимира Путина. У нее есть несомненные плюсы и очевидные минусы.
Из плюсов политологи называют стабильность, которую многие ошибочно называют застоем. Стабильность в соотношении роста зарплат и цен, общественных установок, темпов и векторов развития экономики, развитие производства. Из минусов: высокий процент коррупции, нерасторопность чиновничьего аппарата.
И вот сейчас наступил ключевой момент, который спровоцировало сразу два фактора: падение рубля из-за неудачных маневров на нефтяном рынке и пандемия коронавируса.
Сейчас стало очевидным, что сэкономленные деньги в государственной кубышке придется потратить не на помощь банкам, как это было в 2008 году, а на поддержку реальной экономики и бизнеса, что всему государственному аппарату придется доказывать свою эффективность на деле, иначе народ снесет этот строй.
Все, что создавалось и менялось при Путине в государственном механизме, теперь пройдет настоящую проверку на прочность.
Заметили, как изменился формат подачи президента народу: он не делает громких заявлений, не призывает чиновников громкими словами что-то делать. Владимир Путин подается по телевизору в формате рабочих совещаний, общения с подчиненными по текущим ключевым вопросам.
Зачем это нужно: чтобы сформировать посыл обществу – мы работаем и день, и ночь, чтобы быстрее вывести страну на нормальный режим существования, на прежние рельсы. Понятно, что при любом исходе с коронавирусной эпидемией, завтра экономика не восстановится.
И если сейчас президент и правительство докажут свою эффективность, работая в довольно сложных условиях, то в 2024 году можно будет использовать тезисы: «На переправе коней не меняют» и «Кто, если не мы». Самое интересное, что власть будет права – такого опыта управления экономикой действительно нет ни у кого другого в стране.
Но, очевидно, что команду придется обновлять, чтобы у власти сохранились свои. Это может быть «обнуленный» и обновленный в методах работы Путин, а может быть кто-то другой, но свой.