Заведующий отделением Московской больницы Андрей Атрощенко сделал прогноз по эпидемии коронавируса в России
В Москве на борьбу с коронавирусом мобилизована вся система здравоохранения, для приема больных с COVID-19 перепрофилируют и федеральные центры. Недавно в «коронавирусную» сеть включили Клиническую больницу Управления делами президента России.
Андрей Атрощенко: Все продолжалось где-то недели две. Поскольку у нас серьезное учреждение, план работы больницы в чрезвычайных ситуациях у нас был. Когда было принято решение о перепрофилировании, к нам прибыл главный инфекционист нашего ведомства. Под его руководством команда вместе с главным врачом составила подробный проект, что и как делать. Это прежде всего зонирование: чистая зона, палаты больных, раздевалки для персонала и прочее.
На самом деле это огромная работа, достаточно трудоемкие процессы. Каждая деталь должна быть продумана: разметка на полу, схема транспортировки пациента и прочее. От таких, казалось бы, мелочей зависит безопасность пациентов, чтобы не произошло перекрестного заражения.
В стационаре полностью остановлен прием других пациентов?
Да, полностью.
К вам уже поступают больные с коронавирусом? Сколько сможете принять?
Мы начали в субботу работать. Сейчас открыты 188 коек. Из них занята где-то треть.
Каков средний возраст поступивших к вам пациентов?
Наверное, процентов 60 — это около 60 лет и старше. И процентов 40 — это люди до 60 лет.
Можно ли дать прогноз, как будет развиваться болезнь у конкретного пациента?
На сто процентов нельзя определить. С этим и связана озабоченность медицинского сообщества. Но все же с большей долей вероятности молодому человеку без сопутствующих патологий будет намного легче, чем пожилому.
Скорее всего, дело в иммунном статусе пациента. То есть тяжесть болезни определяют не только сопутствующие заболевания и возраст. Мы очень мало знаем об иммунитете человека. Там много тайн, которые предстоит открыть. Специалисты описывают так называемый цитокиновый шторм. Иммунная система, когда ее атакует коронавирус, сопротивляется и выдает гиперреакцию, из-за этого возникают опасные состояния, вплоть до реанимации.
Правда ли, что болезнь бывает стремительной: сегодня человек хорошо себя чувствует, а завтра уже на вентиляции легких?
Да, это правда. Повторю, что агрессия этой болезни кроется в реакции иммунитета. Принимаю человека, который себя достаточно неплохо чувствует. Компьютерная томограмма легких у него тоже относительно нормальная. А через три-четыре дня пациент ухудшается и отправляется в реанимацию.
Иногда хочется всех нигилистов — тех, кто не верит в эту болезнь, — одеть в средства индивидуальной защиты и повести в реанимацию, к постели больного, который лежит при смерти. Мгновенно отрезвляет.
Что лучше для больных — максимально оставаться дома или все же быть под наблюдением в стационаре?
Если легкое течение, то лучше дома, под дистанционным контролем медицинского учреждения. Сейчас это практикуется. В стационаре все же должны лечиться больные с обширным поражением легких, у которых течение заболевания как минимум средней тяжести.
Что это значит?
Температура выше 38,5, кашель, снижение уровня кислорода в крови. Также стационар требуется больным с выраженными сопутствующими заболеваниями: сахарный диабет, ожирение, так как часто оно сопровождается гормональными проблемами, онкология, сердечно-сосудистые патологии, болезни легких. На фоне коронавируса у таких пациентов очень быстро может наступить ухудшение, ослабление иммунной системы. Из-за этого может развиться сепсис, то есть заражение крови.
В вашей больнице все врачи перешли в ковидное отделение?
Нет, у нас есть врачи, входящие в группу риска: старше 60 лет, с сопутствующими хроническими заболеваниями. С бронхиальной астмой в СИЗе (средствах индивидуальной защиты) работать очень тяжело: потеешь, в костюме нарушается терморегуляция, кислорода не хватает в респираторе. Такие условия работы просто опасны для их жизни. Но в данный момент врачей у нас хватает. Есть и резервные бригады, которые могут в любой момент подключиться.
Можете дать прогноз, как будет развиваться ситуация с коронавирусом? Когда все это закончится?
Пока в Москве будет идти рост, но, надеюсь, в ближайшие две-три недели мы выйдем на пик, после которого образуется плато.
Как долго это продлится — трудно сказать, потому что четких данных для анализа нет. Мы сейчас не можем полагаться на результаты анализа имеющихся сведений о заразившихся. Тесты давали много и ложноположительных, и ложноотрицательных результатов. С чем это связано? С тем, что вирус еще не появился на слизистых. С тем, что качество тестовых систем постоянно улучшается, растет профессионализм сотрудников, которые берут материал для теста, механизм логистики, доставки и оценки этих результатов тоже улучшается. Поэтому многие специалисты говорят, что в большей степени для оценки ситуации нужно пока ориентироваться не на ПЦР-диагностику, а на данные КТ. На снимках ясно видно, есть ли вирусная пневмония.
У этой болячки волнообразное течение. К сожалению, не все пациенты вылечиваются за 14 дней. Есть ряд больных, которые после выписки и положительной динамики снова поступают в больницу с подъемом температуры и кашлем. Поэтому надо анализировать процент недолеченных или рецидивирующих. Проблема глобальная.
Такими темпами мы нескоро выйдем из карантина...
Пока у нас не появится вакцина — полностью эту болезнь не победим. Мы же не можем обеззаразить всю нашу планету, как бы ни старались. Все равно где-то в популяции найдется человек, который болеет бессимптомно, но является распространителем. Локальные вспышки в нашей необъятной стране могут продолжаться несколько лет. Только иммунизация населения сможет взять эту проблему под контроль. Сейчас наша задача — снизить скорость распространения этой инфекции, снизить темпы поступления больных в медицинские учреждения, чтобы всем хватало и лекарств, и врачей.
#stayhome #лучшедома