А министр Козырев не позволил крымчанам провести референдум
Сын Хрущева, Сергей Никитович, в одном из интервью рассказал:
- Как вспоминал первый президент Украины Леонид Кравчук, когда в декабре 1991-го в Беловежской пуще принимались решения (я считаю их антиконституционными) о ликвидации СССР, у него кошки скребли на душе… А как с Крымом-то будет? Вроде он украинский, но не совсем. И перед подписанием соглашений Кравчук обратился к Ельцину: «Борис Николаевич, а как с Крымом будем?» А Ельцину было не до этого. Он в основном думал, как ему с Горбачевым расправиться, да и за обед пора садиться… Он сказал Кравчуку, махнув рукой: «Ну и забирай!» Кравчук говорит: «Я сразу и забрал!» Понимаете? Если бы Ельцин не сказал: «Ну и забирай!», то Кравчук был бы очень рад получить Украину даже без Крыма. О Крыме он и не мечтал. А тут такой подарок царский от Ельцина, который о крымчанах и не думал.
Но сразу после этого Руслан Хасбулатов все же начал переговоры с Кравчуком и своим коллегой - председателем Верховного Совета Украины Плющом.
Украинцы согласились, что Крым пока входит в состав Украины на правах автономной республики с очень большой самостоятельностью. А окончательно вопрос о его принадлежности решит референдум: как люди проголосуют, так и будет. Севастополь независимо ни от чего передается в аренду России на 99 лет со всей инфраструктурой и прилегающими территориями. Договорились, что соответствующее соглашение будет подписано президентами в Дагомысе.
Однако в мае 1992 года, пользуясь запоями Ельцина, глава МИДа Козырев и министр обороны Грачев фактически сорвали переговоры. На заседании не оказалось ни протоколистов, ни секретариата, ни стенографисток.
А вскоре явились министры обороны бывших братских республик. Оба в шортах, пьяные и веселые.
- А че-го вы тут сидите, - икнув, промычал Грачев. - Борис Николаич, Леонид Макарыч, мы уже обо всем договорились.
-О чем?! - вылупил глаза похмельный Ельцин.
- И флот, и прочее поделили поровну.
- Молодцы, - обрадовался Ельцин.- Оформляйте!
Быстро поднялся и в сопровождении Коржакова ринулся в сторону моря. Кравчук за ним, Плющ за Кравчуком. Рядом с Ельциным семенил Козырев, радостно приговаривая, что все будет окей, и Борису Николаевичу незачем отвлекаться на такие пустяки.
Документы, разумеется, так никто и не подписал.