Есть такие старые ненужные ткани. В эти ткани не вдохнули жизнь, не сшили из них изделие.
И они не обрели Душу. Я верю, что у вещей тоже есть души, не такие, конечно, как у людей, а вещевые души.
Игрушку, например, можно полюбить до беспамятства. С машиной, как живой, разговаривать: "Ты ж моя ласточка!"
Или пальто любить, кофту, блузку, джинсы!
А есть ткани.
Сейчас их как покупают? Сперва придумают, какая вещь будет, потом нужное количество ткани покупают.
А раньше, во времена СССР? Хватали, что выкинут на прилавок, а потом уже думали, что сшить.
Наверное поэтому у наших мам лежат с незапамятных времён пожелтевшие отрезы.
Вроде бы и выкинуть жалко, деньги были за них уплачены немалые, но и что-то сшить желания нет.
Я не говорю о натуральных красивых тканях, эти всегда будут цениться. Конечно, время не идёт и им на пользу!
Но лежит до сих пор гольная синтетика. Которая спится, когда её отрезаешь. Бррр.
Дело, конечно, каждого - хранить или выкинуть такое боХатство. Но и не думайте, что вы кого-то обрадуете, подарив свои запасы. (Тоже касается ниток от распущенных вещей).
И напоследок, мой любимый анекдот про бабулю.
В старости отношение к вещам меняется. Вещь есть, надо её доносить, потом уже новую купить. Так вот была у этой бабули шапка, норковая старая-престарая, но большая, с ушами, и всякими прибамбасами, короче колоритная такая шапка. После многих лет носки состояние у нее было мягко говоря не очень. И проплешины были и моль кое-где поела и выцвела, но функцию свою выполняла исправно, голова в ней не мёрзла! И хотелось бабуле новую шапку - ну очень
хотелось, НО ВЕДЬ ЕЩе СТАРАЯ ЕСТЬ, КАК ЖЕ Я Её ВЫБРОШУ - вот доношу, тогда и куплю новую, - думала каждую зиму бабуля.
Как-то поздним зимним вечером возвращалась она из гостей. Шла по дворам,там естесственно темень, ни однoго фонаря. Идет и слышит - бежит кто-то сзади. Обгоняя ее, срывает шапку и убегаeт. Бабуля в растерянности -
обокрали, караул!! но потом к ней приходит другая, радостная мысль - ТАК ВЕДЬ ТЕПЕРЬ НОВУЮ ШАПКУ КУПЛЮ!!! не успела она к этому ножиданному
счастью привыкнуть, как вдруг сзади снова раздаются чьи-то шаги, пробегает эта же тень и с разбегу нахлобучивает ей шапку обратно на голову.
