Один из самых обсуждаемых отечественных сериалов «Звоните ДиКаприо!» вызывает восторг и разгромную критику одновременно. Неоднозначная работа режиссера Жоры Крыжовникова не оставляет равнодушными зрителей вот уже несколько лет.
Обсудим сериал все же с позиции одобрения и признания ее глубокого психологического смысла.
Несомненно, здесь задачи психологии и кино сошлись. Зрители вместе с актерами пытаются ответить на вечные социальные вопросы. Как мы устроены? Как мы переживаем одиночество, любовь? В чем смысл жизни? Мы видим, как меняются герои, и пытаемся понять, как это отражает наши проблемы.
Тема ВИЧ, на первый взгляд, выступает здесь главной. Но сериал не только про ВИЧ. Диагноз служит пусковым крючком для развития истории героев, является неочевидной метафорой. Этот бич современного общества запускает интерес зрителя и плавно отходит на второй план.
После страшного известия маски сбрасываются. Обнажаются внутренние проблемы героев, истинные характеры. Одинокие люди отчуждаются друг от друга ещё больше. Они замыкаются перед страхом смерти. Ими движет тоска и «тошнота» от этого мира. Не ВИЧ их губит. А отношения друг к другу, отношение к себе, ложная система ценностей, неправильные нравственные ориентиры приводят героев к саморазрушению. Их жизни - это затянувшийся суицид.
При этом герои раскрываются по-разному, на контрасте. Чёрное становится белым и наоборот. Это прослеживается на примере братьев - Егора Румянцева (Александр Петров) и Льва Ивановского (Андрей Бурковский).
Егор - пограничный герой в потерянном состоянии, обуреваем противоречиями, без ясного представления, чего хочет. У него нет опоры, нет смысла. В нем изначально заложено саморазрушение. Он прожигает жизнь. Он не знает, что делать дальше и как выбраться из пагубного состояния. Егор не может выстраивать отношения, мечется между женщинами. Окружающие испытывают острые эмоции от него, любят, ненавидят, страдают. Его состояние распространяется на всех близких. Он «заражает» своим состоянием всех близких!
Лев же, напротив, в начале выступает скромным невротиком, вызывает сочувствие, жалость. Его жена истеричка, вечно пилит. Денег не хватает. Карьера не складывается. Он стесняется отстаивать себя, свои права, свои желания.
А в ком из братьев в итоге большее зло?! Давайте порассуждаем. Егор заявлен как негодяй, а Лев - хороший. Затем происходит смена ролей. От Егора ко Льву. Пока один очищается, другой очерняется.
Егор не становится хуже. А идёт на пути к исправлению. Мириться с Дашей (Юлия Хлынина), хочет уехать. Румянцев постепенно меняется. Происходит катарсис - очищение через страдание.
Лев же меняется кардинально. Теперь он становится негодяем, предаёт жену. Когда Лев узнает, что тоже болен, не может принять, перенести это. Необходимость расправы, наказания заставляет его убить Егора.
Эта сцена убийства также показательна. Егор по-мальчишески отбивается, смеётся, наивно кричит: “Лева, ты чего?!” Т. е. в нем нет озлобления, он не верит в жестокость брата.
Получается, что тихий жалкий Лев обгоняет по чудовищности дерзкого наглого Егора.
Перейдём к следующим «пострадавшим».
По-своему ВИЧ помогает Васе (Антон Васильев) и Полине (Александра Ревенко). Они выглядят смешными, нелепыми. Кажется, что любви уж точно между ними нет. Их отношения - это утрированная модель «папика» и «дурочки». Но после Вася раскрывается с неожиданной стороны, и мы видим в нем наконец-то человечность. Он утешает Полину и не собирается ее бросать. В их случае ужасное событие помогло им воссоединиться.
Таким образом, на протяжении сериала мы наблюдаем трансформацию главных героев. Также в сюжете явно прослеживается смена жанров. От комедии к драме. Вроде все начиналось смешно и беззаботно. Зрители настроились посмеяться, посмотреть киношное закулисье, изнанку съёмок. Даже не верилось, что диагноз Румянцева подтвердится. Но отрицание проблемы все же перешло в драму. В неуловимый момент все быстро «скатилось в бездну». Этот гениальный режиссёрский ход, отображает жизнь. Лёгкость бытия может неожиданно сменится горечью и утратами. Финал становится очевиден. Комедия предполагает обратимость, должно все закончиться хорошо. В трагедии нет. Мы понимаем, что все будет плохо. Happy end не возможен.
Музыкальный ряд из произведений Вивальди, Генделя возвышает фильм, ещё больше добавляет драмы, превращает его в историю с трагедийным обертоном.
Непривычный, неформатный, нетрадиционный честный сериал Жоры Крыжовникова - это глубокая профессиональная работа. Не про ВИЧ. Про жизнь.