Стыдобище 5. «Дети — наше всё»
Эпиграф: «Когда ругаешь ребенка, подумай, нет ли в тебе этих качеств, ведь это же ТВОЙ ребенок.» М. Е. Литвак
Стыд перед собой за то, что орала на своих детей.
Во мне как в матери сидели одновременно Марья Искусственница, Елена Пристрастная и Василиса Пренудная. Первая – потому что искусственно создавала проблемы, а потом пыталась их решить. Вторая – потому что слишком уж пристрастно относилась к детским шалостям. Третье – потому что детей пренудно отчитывала и забивала моральными догмами. Поняла только сейчас, что если хочешь избавиться от осадка на душе, смысла нет кипятиться. Но лучше поздно, чем никогда.
Я просила прощения у ребенка почти каждый раз, когда поддавалась резкому всплеску эмоций. Этот всплеск проходил через пару минут, как он и должен проходить. Мне редко когда удавалось в этот момент контролировать себя. Я орала, а через несколько минут садилась с ребенком, обнимала его и просила: прости! И испытывала укоры совести. Но кричала-то я от недостатка секса и ласки. «Крик – аналог секса». (М. Е. Литвак)
***
Научно доказано, что человек испытывает сильные эмоции самое большее 12 минут. А чаще всего вспышка длится 2-3 минуты. В это время нежелательно что-то кому-то говорить. М. Е. Литвак: «Нельзя кричать на ребенка и тем более его бить. Ведь он в полной зависимости от нас. Эти оскорбления не забываются. Остается неосознаваемая ненависть к родителям. Потом находят, кого ненавидеть. И уж если сорвался, то проси прощения».
***
Демократию в семье я не признавала. Ведь демократия – это возможность самим выбирать себе рабовладельца! У моих детей выбора не было, бессменным секретарем семейной ячейки была я.
Я любила и люблю своих детей родительской безусловной любовью. То есть не лезу к ним с советами. Они умные, сами все понимают. И они привыкли к тому, что я считаю их сильными и разумными.
Любить – значит не сравнивать. Я не позволяла себе высказывания типа: посмотри, какой Дима молодец, а ты?!
Я не только не читала нотаций по поводу алкоголя и курения, а вообще не затрагивала эти темы. Чем больше говоришь о том, что делать нельзя, тем больше человеку хочется это сделать. Можно было бы еще и спокойно поговорить на эти темы и предложить подростку самому выбрать, как поступить. Но раз я еще не знала, ЧТО говорить и КАК говорить, то молчание было самым разумным. То, что я не пила и не курила, говорило само за себя.
Я никогда не говорила «Не лезь, упадешь! Сломаешь себе то-то и то-то». Я и сейчас не хочу писать эти вещи, ведь все мои слова влияют на них. Когда дети были маленькие, до пяти лет и они не были в безопасности, я старалась им эту защищенность обеспечить. Я убирала плохие мысли, что с моими детьми может что-то случиться. Когда моя мама спрашивала, не больны ли дети, я говорила, что они здоровы. А когда она в пятый раз задала мне этот же вопрос, я запретила ей применять слово «нездоровы» к моим детям и ей пришлось смириться с тем, что мои дети здоровы. Она переключилась на внука от своего сына, стала его мучить своей любовью.
Когда я ругалась с дочкой насчет беспорядка в ее вещах, я понимала, что этим достигнешь обратного. А когда прочла, что тем самым она просто привлекала к себе мое внимание и скучала по моей ласке, перестала с ней ссориться, хотя мне это стоило поначалу больших усилий. Я перестала лезть в ее личные вещи. И только представляла желательную картину: дочь живет отдельно и поэтому вынуждена поддерживать порядок в комнате. Так и получилось. Теперь она работает поваром и считается там самой чистоплотной и самой ответственной.
Тогда еще не было книг Литвака, после «Перестройки» не было вообще никакой психологической литературы, а советская педагогическая литература была явно оторвана от жизни. Она идеализировала детей. Она переоценивала роль государства и педагогов в процессе их взращивания. Было в то время много слезливых очерков в «Комсомолке» о бедных детдомовцах, которым все же удалось добиться успеха в жизни. Фильмы о советском детстве были радостными, мы смотрели их через призму своего советского воспитания, с розовыми очками на глазах. А действительность была совсем другой...
В детстве я перечитала в «тещиной комнате» нашей хрущевки «Педагогическую поэму» Макаренко. Прочла кучу другой педагогической литературы, которую приобрела для себя мама - учитель географии. Моими кумирами были многодетные семьи, где дети пели или играли на ложках или развивались в спартанских условиях, как в семье Никитиных, которые открыли мне «педагогику сотрудничества». Когда старший сын немного подрос, я попросила мужа посидеть с ним, чтобы сбегать за три микрорайона в городскую библиотеку, поработать в читальном зале над книгой Никитиных. Он со скрипом согласился. Когда я вернулась, муж сунул мне в руки сына и гневно обвинил меня в том, что я бросила ребенка: «Как ты могла! Какая ты после этого мать!» (?)... «Вот так и живем, не ждем тишины. Супругам мы нашим как прежде верны.»
Я педагог в третьем поколении, бабушка и мама преподавали в советской школе. В результате педагогического «промывания мозгов» я поначалу хотела иметь двенадцать (!) детей. После первых нелегких родов решила остановиться на шестерых. А когда с первым мужем пошли терки, уменьшила план еще вдвое. Но этот план я уже хотела выполнить во что бы то ни стало, несмотря на перестройку, несмотря на двоих маленьких детей на руках, на то, что осталась одна, без средств к существованию, без работы и угла. Для этого потребовалось уехать за углом за пять тысяч километров в деревню и второй раз выйти замуж. Рожать ребенка в безбрачии было тогда не только для меня табу. (Видимо, снять квартиру в аренду тоже).
Чтобы плоды долгих размышлений не съел червь сомнения, роль мамы научила меня быстро принимать на себя ответственность и молниеносно решать. У меня даже «Удостоверение многодетной матери» есть, выданное в родном NN-ске общим отделом администрации! Потрепанная бумажка с моей фотографией и именами детей с датами рождения, которая нам со старшим сыном пригодилась пройти без очереди на экскурсию в Московский Кремль! Спасибо, Родина!
Надо честно себе признаться, детей я рожала для себя. Не для них и не ради общественного мнения, потому что «так нужно» или «пришел срок», а ради себя я старалась. Мне нравилось детей кормить-поить-одевать,то есть заботиться о них, нравилось «командовать войском». Я чувствовала себя руководителем, и не простого предприятия, а суперответственного, от которого зависела жизнь его подчиненных. Это добавляло в кровь адреналин, хотя в 80-е - 90-е в России его и так было достаточно.
К тому же, когда ребенок сосал мою грудь, я испытывала ни с чем не сравнимое (признаюсь) сексуальное удовольствие. С тех пор уборка помогает мне справиться с плохим настроением. Теперь я уже спокойно говорю о том, что детей заводила для себя, потому что последние исследования показывают, что человек ВСЕ и ВСЕГДА делает только для себя. И когда я это поняла, стыд за то, что я не так их воспитывала, ушел.
15—17 мая 1985 года состоялась поездка генерального секретаря ЦК КПСС Горбачёва в Лениград, где на встрече с активом Ленинградского горкома партии он впервые заговорил о необходимости перестройки общественно-политической жизни: «Видимо, товарищи, нам надо перестраиваться. Всем.»
Слово было подхвачено СМИ и стало лозунгом начавшейся в СССР новой эпохи.
8 апреля 1986 года во время визита в Тольятти М. С. Горбачев впервые употребил слово «перестройка» — термин для политических и экономических перемен. (Википедия)
Мой старший сын был рожден в конце 1984-го, дочь в начале 1987. Между этими двумя датами и началась «перестройка». А уж какая кардинальная перестройка произошла со мной! Спасибо, партия, я шла в ногу со временем, а ты своей политикой помогала мне быть в тонусе и не расслабляться! Я помню, как первый муж пришел домой с работы после общего собрания коллектива (он был стеклодувом при химзаводе на градообразующем предприятии) и стал с воодушевлением рассказывать о Горбачеве, который так интересно и складно говорит без бумажки.
Младший сын рожден в начале 1991-го.
«Распад СССР происходил на фоне общего экономического и внешнеполитического спада. В 1989 году впервые было официально объявлено о начале экономического кризиса в СССР (рост экономики сменяется падением)
В период 1989—1991 годов доходит до максимума главная проблема советской экономики — хронический товарный дефицит — из свободной продажи исчезают практически все основные товары. Почти во всех регионах страны вводится нормированное снабжение в виде талонов.
В 1991 году впервые зафиксирован демографический кризис (превышение смертности над рождаемостью).
Когда в стране рождаемость упала до минимального уровня, я и решилась на третьего ребенка. Через пару лет я начинаю бракоразводный процесс в суде, а еще через год «уматываю в свою Сибирь» (слова мужа).
Инструменты воздействия на свое тело и мозг, с помощью которых можно стать счастливым, приведены в "Стыдобище 4а", "Стыдобище 4b"
Благодарю Вас за прочтение! В следующих статьях читайте продолжение книги. Приятного времяпрепровождения! Не оставляйте комментарии, не ставьте лайки, не показывайте, что вам нравятся мои статьи, не побуждайте меня их писать! Шутка. Пыталась применить принцип сперматозоида, описанный М. Е. Литваком: человек всегда стремится делать наперекор. Вы лично мне поможете, если оставите свой комментарий под статьей.