Говорим «Барселона» подразумеваем Гауди, произносим «Гауди» - подразумеваем Храм Саграда Фамилия. Его обожают и ненавидят: просто пройти мимо и пожать плечами точно не получится.
Я вот тут пишу «храм» и чувствую, что на этом слове спотыкаюсь. Несмотря на то, что Саграду освятил в 2010 году сам папа римский, это грандиозное сооружение кажется чем угодно, но только не храмом.
Собор как гимн жизни
То ли это каменный лес – сплетение звезд и гигантских соцветий, то ли застывшая в камне сага – великолепный древний текст, изложенный языком архитектуры. То ли вовсе живое – цвета выбеленной на солнце кости -дышащее инопланетное существо – детище Франкенштейна-Гауди.
Сам Гауди в основе концепции разрабатывал идею о древе жизни. Именно поэтому все библейские сюжеты в оформлении храма сочетаются с природными мотивами и орнаментами. Ракушки – как источник вдохновения для создания винтовой лестницы. Медовые соты – как идеальное решение для дизайна ограды. Структура природных минералов подсказала Гауди элементы в оформлении башен. Корзины с яблоками, фигами, персиками, вишней стали декором в отделке фасадов.
Математически точно архитектор рассчитал места расположения витражей. Каждое утро первые лучи солнца наполняют Саграду жизнью. Затем они совершают фантастическое путешествие по его колоннам и стенам, чтобы в последний раз ярко вспыхнуть на закате, а на утро – возродиться вновь. Разве не библейская история?
В то же время каждый из фасадов собора описывает главу из жизни Христа. 12 башен Саграды символизируют 12 Апостолов, другие 4 - 4 Евангелистов. Ещё одна будет посвящена Деве Марии, а главная и самая высокая - Христу.
Роман с камнем
Работа над Саградой была доверена Гауди, когда ему исполнился всего 31 год - в 1882-ом, то есть через год после закладки первого камня. Есть версия, по которой молодого архитектура привлекли к проекту буквально за красивые глаза. Якобы тётушка распорядителя работ перед смертью чётко произнесла, что строитель должен быть голубоглаз. Удивительная редкость для каталонца! И Антонио, помимо того, что был очень талантлив (и брал за свою работу куда меньше старших коллег), имел глаза именно голубого цвета.
Так, история строительства Саграды Фамилии стала биографией самого Гауди.
Приступив к работе, Гауди тщательно подумывал каждую деталь и менял концепцию. Он строил, затем ломал и заново выстраивал, искал совершенные формы с навязчивым фанатизмом.
Фигуры младенцев он исполнял по слепкам с мертворожденных детей, а животных вводил в состояние наркоза, чтобы получить скульптуры идеального правдоподобия.
О Гауди рассказывают совершенно противоположные вещи. Его помнят как требовательным и несговорчивым безумцем, так и душевным и скромным трудоголиком. Известно, что своим рабочим он позволял разводить огородики прямо у строительной площадки Саграды. И едва ли не первым помещением, которое было закончено при его жизни, стала школа для детей строителей прямо в здании будущего храма.
Судьба мастера
В маленькой мастерской-келье при Соборе, в одиночестве жил и сам Гауди - до самой смерти.
Архитектор был так погружен в дело всей своей жизни, что перестал следить за собой и своей одеждой. Он мог идти по улице, не замечая ни выстрелов, ни даже трамваев. Один из них сбил 73-летнего архитектора. Почти 3 дня никто не мог узнать в этом неопрятном мужчине создателя Саграды. Когда это наконец случилось, Гауди уже было не спасти. И конечно, его решено было похоронить в крипте храма – в сердце любимого детища.
Архитектор знал, что никогда не увидит своего творения и признавал, что работы хватит на три поколения вперёд. Свое творение он буквально завещал Барселоне. «Мой клиент никуда не спешит», - отмечал Гауди, имея в виду самого Всевышнего.
Строительство Саграды Фамилия продолжается уже 138 лет и ведется целиком благодаря пожертвованиям. После завершения работ здание станет самым высоким храмом мира. Ожидается, что его главная башня преодолеет отметку в 172,5 метра. Это лишь немногим меньше высоты горы Монжуик. Гауди считал, что творение рук человеческих не может быть выше божьего.