Эдуард обещал приехать за девушкой и машиной. Семья Алисы любезно предоставила гостье ночлег, а потом и жильё, Алиса уговорила подругу остаться подольше, да и городской жених в деревню не спешил. Чтоб не скучать, Вероника везде следовала за Алисой, отчего ей становилось ещё грустнее – не радовали её вылазки в лес, где кругом “одна паутина”, походы на речку не могли сравниться с удобствами бассейна, а езда на лошадях и вовсе испытание, ничто так не выматывало, как общение с упрямым конём. Конечно, на нём не было кнопок, с помощью которых можно всё решить.
Ромке, как шутнику, и карты в руки. Он наблюдал за гостьей с особым порывом и отметил про себя, что лучшего развлечения и придумать нельзя. Вероника терпеть не могла деревню, всем своим видом выказывая пренебрежение к той грязи, в которой, по её мнению, всё здесь утопало. Красоты она в упор не замечала, поскольку всё прекрасное “рождено в столице”, и Алиса, на долю которой выпало слушать стенания, уж начала махать рукой.
Однажды ковыляя из лесу, Вероника упала и подвернула ногу. Благо, рядом оказался Ромка, который, в свою очередь, на помощь не спешил. Из его уст вылетали разные шутки, а также излюбленная фраза “где же твой столичный мачо?” как раз в те самые моменты, когда девчонке приходилось нелегко. Она и сама подумывала над последним вопросом, ведь уже прошла неделя, а Эдуард всё не приезжал. Отмахивался короткими телефонными разговорами о делах государственной важности и смс-ками с наигранной заботой.
-От меня несёт коровой за километр! – возмущалась в очередной раз Вероника.
-Тогда тебе следует помыться, - и столкнул её Ромка в речку, вовсе не замечая визга и посланных в его сторону ругательных слов.
Так и прожили неделю. Вероника, сама того не осознавая, менялась в компании подруги, Ромки и сельской природы. Конечно, свойственная ей брезгливость никуда не делась, как и склонность возмущаться по поводу и без повода, но делать всё это она стала значительно меньше. И была тому ещё одна причина.
Проснувшись рано утром, что было ей не свойственно вообще, Вероника вышла из дома и пошла гулять в одиночестве. На улицах тихо, птички поют, лишь изредка доносились до неё свинячий визг да коровье мычанье. Но они не мешали ей вдыхать полной грудью свежий утренний воздух. Ещё вчера она ждала Эдуарда, сегодня же устала ждать. А, может, просто поняла, что не нужна ему.
Этот день она провела в обществе новых друзей. И ни разу не вздохнула подобно ворчливой старухе о том, что жизнь ей не мила в этом краю. Постепенно неприязнь к Роману сменялась благодарностью за то, что он, такой добрый, ловкий и сильный “мужик”, всегда был рядом. А она, “фифа” городская, то споткнётся там, где не надо, то станет жертвой “кровожадных насекомых”. Или, просто-напросто, большой коровьей какашки, что, никого не трогая, лежит на пути.
То ли неопытность всему виной, то ли летняя какофония звуков, романтичной песней льющаяся в уши... Всего через две недели Ромка понял, как дорога ему столичная гостья. Палитра радужных цветов кружила голову, как бабушкино вино. Она подобно ластику стирала тёмные пятна на холсте с изображением столичной девчонки. При свете солнца образ этот показался идеальным.
Девицу “обрабатывать” не пришлось, она, по слухам, сама Ромку “обработала”. “Намётанный” глаз бабушек, будто всевидящее око, точно оценил ситуацию – без чар столичных явно не обошлось. Новость разлетелась по селу как пыль, и местным бабушкам вновь стало что “перетереть”. Но “жернова” эти были жестоки. Те бабули, что Ромку на Иванне “женили”, устроили трагический “развод”. “Вот это девка! А Ромке то как подходит! Не то, что эта московская выдра!” – твердили бабушки все как одна. Иванна же, выглядывая из окна и робко посматривая в сторону влюблённых на местном “ипподроме”, с грустью в сердце, но искренне желала им счастья.
Вся семья Ромки находилась в недоумении, но после того, чего все так боялись, и вовсе опустили головы. Ромка уезжает в Москву! Уходит из семьи единственный мужик, но мать со скрипом в сердце вынуждена сдаться. Ромка уже не мальчик, и впереди у него долгая интересная жизнь, и нет в ней места больше ни коням, ни дровам, ни огороду. Нужно признать, парень никогда деревню не любил, а теперь и вовсе от неё далёк.
Эта любовная история, что разыгралась так внезапно, смутила лишь Алису. Зная подругу, она могла предположить, что её толкнуло к Ромке гордое отчаяние. А Ромка просто был наивен, как дитя, любви-то ранее незнавшее.
Начало https://zen.yandex.ru/media/id/5e89e5707efe4909b7845daf/babochkino-chast-1-5e8b684bafbfd17bc3f29ec3