Здравствуй, дорогой читатель!
Изначально сопоставление идей либерализма и фашизма может казаться абсурдом. Либеральное общество преподносится нам как единственно возможное общество свободы, а фашистское - как тоталитарная диктатура. За примерами тоже обычно далеко не ходят, призывают посмотреть на гитлеровскую Германию с ее солдатами в серой форме, и на США, с блеском витрин и огней, цветными одеждами, автомобилями, и изобилием успешных предпринимателей. Однако такой взгляд является крайне поверхностным и недопустимо упрощает многие важные аспекты, лежащие в основах общественных систем.
Общая основа для либерализма с фашизмом - капиталистическая экономика. Либерализм изначально создавался как идеология рынка, противоположная отжившей феодальной системе, на смену которой он и пришел. Фашизм же, как более позднее течение, возник в капиталистической среде и в сущности ее не отрицал. Это же подтверждается наличием рыночной экономики в Германии при Гитлере и в Италии при Муссолини.
Философия либералов представляет мир, как поле для свободной конкуренции индивидуумов, что по сути является более цивилизованной интерпретацией борьбы за выживание. В этой борьбе, естественно, побеждает сильнейший, и так складывается социальная иерархия, где сильные подчиняют слабых.
Скажем пока, что фашизм наследует такой взгляд на мир и рассмотрим его более детально.
Фашизм, как следует из его названия, предполагает консолидацию лояльных людей вокруг государства (партии, полит. организации, стремящейся к власти), подобно фасции - связанному пучку прутьев.
"Фасция" может быть организована на политической, экономической, религиозной или этнической монолитности (любой из признаков или несколько вместе), соответственно, ее врагами могут стать как политические оппозиционеры, так и представители иных конфессий, и другие народы.
Исходя из этого мы можем более подробно классифицировать фашистские общества, и да, именно поэтому называть гитлеровскую Германию фашистской - уместно.
Кстати, в той же Германии в 1939 г. начались массовые убийства неизлечимо (более 5 лет) больных, инвалидов, людей с хроническими заболеваниями и с психическими расстройствами по программе Т-4, по причине того, что они не работали, но нуждались в обеспечении. Наглядный пример того, как фашистская верхушка вычленила из "фасции" неугодную группу и расправилась с ней, даже несмотря на то, что эти люди были гражданами Рейха.
Основные же выгоды предводители "фасции" получают в плоскости экономической и политической конкуренции. Любая власть при капиталистической экономике основывается на каком-то капитале - представитель капитала либо явно находится у власти, либо выдвигает своего представителя, и фашистские режимы тут не исключение.
Суть введения фашистского режима для капитала заключается в том, чтобы юридически и институционально узаконить свое верховенство и превосходство, развязать себе руки для использования нерыночных инструментов конкуренции (например, уничтожить какую-либо корпорацию, потому что ее хозяин не разделяет "нужных" политических убеждений) в экономике, и узаконить силовое решение вопросов в политике.
Выходит, что фашистов приводят к власти капиталисты, либо же сами ими становятся - фашизм напрямую происходит из капитализма.
Что же нам предлагают общества, представляющие себя в той или иной мере либеральными? Основной упрек, которым они возражают фашистам - это личная свобода гражданина. У фашистов гражданин не имеет права противиться решениям верхушки, даже тем, которые прямо нарушают его интересы, иначе он становится врагом "фасции" и определяется "низшим человеком".
Как же обстоят дела с отстаиванием своих прав гражданами в буржуазных демократиях? В первую очередь, нарушением их прав и основным поводом для недовольства становится увеличивающийся дисбаланс в распределении материальных благ - капиталисты, стремясь опередить друг друга в конкурентной борьбе, пытаются увеличить свою прибыль любыми способами, в том числе экономя на зарплатах и социальных гарантиях, вследствие чего трудящееся большинство граждан страны беднеет.
Наступление капитала на благосостояние народа порождает протестное движение. История знает массу примеров подавленных демонстраций и разгромленных забастовок, первое, что приходит на ум - кровавое подавление восстания рабочих в Париже в июне 1848 г. генералом Луи Кавеньяком, расстрел бастующих шахтеров в Ладлоу (США), 1914 г., расстрел июльской демонстрации 1917 г. в Петрограде.
В Вашигтоне в 1932 г. была разгромлена голодная демонстрация ветеранов Первой мировой, в этом случае примечательна реакция прессы, поддержавшей власть. В 1967 г. подавлен бунт в Детройте, стремительно терявшем рабочие места. Расстрел антивоенных демонстраций, произошедший в Кентском и Джексоновском университете в 1970 г.
С конца 40-х до конца 50-х в Штатах действовало движение маккартизма, благодаря которому многие американцы лишались карьеры или даже получали тюремные срока за левые политические взгляды.
Приходя к власти, либералы заявляют о свободе и равных возможностях всех перед всеми, но что мы имеем в итоге? Мир, разделенный на две неравновесные страты, из которых одна владеет заводами, агрохолдингами, торговыми центрами, телевышками и радиостанциями и оперирует миллионами долларов, а вторая работает на первую, получая за свой труд столько, сколько достаточно для поддержания работоспособности. При этом первая страта составляет не более 5% населения, а вторая - оставшиеся 95.
Приходя к власти, либералы создают то самое поле свободного рынка, но почти сразу же делают его несвободным. Победители конкурентной борьбы, не считаясь с принесенными жертвами, увеличивают свои капиталы до монополий, до транснациональных корпораций, оказываются способными самостоятельно финансировать войны, перевороты, размещать и выводить миллиардные капиталы из стран.
Им становятся не нужны прежние игры в свободу, им больше не нужно подкупать, они уже могут подавлять - политическая система движется к правому полюсу, становится все более консервативной. Крупный капитал напрямую срастается с гос. аппаратом - такую систему называют корпоративизмом, от нее до фашизма остается один шаг - официально объявить властную финансовую элиту и тех, кто ее поддерживает "высшими людьми" и узаконить насилие по отношению к остальным, "низшим людям".
Общества, порожденные либерализмом, закономерно имеют на верхушке своей иерархии узкую группу "хозяев жизни", которые реально могут пользоваться декларируемой свободой. Так те, кто сумел завладеть средствами производства и нажить на них капиталы, становятся условно той самой "фасцией". Остальное же большинство обречено всю жизнь продавать свой труд, имея минимальные (и постоянно уменьшающиеся) шансы приблизиться к кругу элиты. От фашизма это отличается только тем, что либералы прикрывают истинную суть вещей мифом о том, что "каждый может стать миллиардером, если будет много работать".
Одним из основных факторов перехода буржуазно-демократического общества к фашистскому является заполучение поддержки населения. Многие не согласятся с установлением диктатуры просто так, беспричинно, поэтому нужны поводы, чтоб доказать общественности ее необходимость, или хотя бы убедить, что она является меньшим из зол.
Этим объясняется то, как набирают популярность крайне правые движения и высказывания в период кризисов (к слову, чаще всего порожденных самой капиталистической системой). Так же рост правых настроений дополнительно стимулируется СМИ через навязывание населению образа внешнего врага (реального или искусственного).
Так, мы увидели, как эксплуататорская модель общества, основанная на рыночной экономике и конкуренции, трансформируется из либеральной в фашистскую всего за несколько приемов.