Выдержит ли московская медицина рост числа зараженных? Как повлияла на доступность мест в больницах "оптимизация", которую проводили в 2010-х годах московские власти, и когда может наступить пик эпидемии?
Эти вопросы Русская служба Би-би-си задала Леониду Печатникову, бывшему руководителю департамента здравоохранения Москвы, вице-мэру Москвы, а ныне - советнику мэра по вопросам социального развития и декану факультета управления здравоохранением и медициной РАНХиГС.
Вот небольшой фрагмент из интервью, а по ссылке ниже - полный текст.
Л.П. За всю историю человечества только один смертный заранее знал о природном катаклизме. Его звали Ной. Эпидемия - это стихийное бедствие. Когда возникает стихийное бедствие, возникает эксклюзивная ситуация.
Би-би-си: Но одни системы готовы к ним лучше, типа немецкой, другие хуже - типа британской…
Л.П.: А чем сегодня московская система здравоохранения в период эпидемии уступила немецкой? Мы что, ставим койки на вокзалах как в Испании, мы ставим койки как во Франции в купейных вагонах?
Би-би-си: Врачи уже падают в обморок на рабочем месте - это в России.
Л.П.: А по-вашему в Германии не падают в обморок? Сегодня где бы ни работали врачи, они падают в обморок. Потому что очень тяжело работать в этих противочумных костюмах. Вовсе не потому, что врачей мало.