В ХХ веке человечество столкнулось с целым рядом событий, которые смело можно назвать судьбоносными. Это Первая и Вторая мировая войны, русская Революция и, конечно же, распад СССР. Каждое из них, поменяв мир до неузнаваемости, имело свою цену и сценарий развития. Пандемия COVID-19, похоже, повторит самый кровавый из них.
Эпохальность исторического события определяется размахом трансформаций, которые последовали за ним. Причем в плане и расстояний, и времени. Без Революции 1917 года, разумеется, не было бы СССР, с его разделом мира на два лагеря. А без распада Советского Союза в 1991-ом не превратилась бы в сказку жизнь ЕС и США, чьё благополучие определила экономия на военных издержках и прибыль от иммигрантов. Но масштабы напряжения в обществе, которое сопровождает пандемию COVID-19, сопоставимы лишь со Второй мировой войной. Она стала самой кровавой катастрофой в судьбе человечества, и в наши дни история с коронавирусом развивается по логике именно этого события.
1945 год подарил миру современный облик, частью которого давно стали ООН и Гаагский суд, МВФ и постмодернизм. Идеи, разжигающие ненависть между расами и нациями, оказались вне закона, а победоносная война с Третьим рейхом превратилась в одну из самых любимых тем мирового искусства. Ни одно событие ни до, ни после Второй мировой не оказало такое влияние на политические, экономические и культурные процессы. Но пандемии коронавируса изменить это под силу.
Одна из главных проблем современного общества заключена в том, что магистральные линии его развития во многом не менялись именно с 1945 года. В сущности, не меньше четырех поколений людей жили и формировались в условиях системы координат, отступать от которой позволялось немногим. И в первую очередь это касается международного права и экономики. Сложившиеся в Ялте правила игры после 1991 года, когда не стало их соавтора СССР, несправедливыми считали многие. Но поменять в один раз то, за что, как принято считать, свои жизни отдали десятки миллионов человек, можно, только если очень захотеть. И кроме общества стремиться к этому должны элиты. Последние же, как показывает история, способны на революционные решения только в случае реальной угрозы своим капиталам и, главное, жизням. А под прицелом у COVID-19, судя по темпам его распространения, уже оказалось и то, и другое.