В январе сего года по указу императрицы Елизаветы Петровны учредился в Москве первый университет «для дворян и разночинцов, по примеру европейских университетов, где всякаго звания люди свободно наукою пользуются», ибо «всякое добро происходит от просвещенного разума, а напротив того зло изкореняется». Токмо что с того нам, крестьянам? Крепостных туда велено не брать. Да и денег нам на обучение не сыскать. Может статься, спустя не один десяток лет, а может и столетий, потомки моей фамилии будут учиться рука об руку с боярскими чадами. Но об этом и чаять пока рано. Моим ребятишкам нынче то и остается, что играть домодельными игрушками, да подражать во всём старшим – в этом и состоит их обучение. Если иной возможности не представится, я сам обучу своих сынов грамоте.
1756 год
Агафье и Пелагее уже по 5 лет. Совсем взрослые стали, я им уже и койки большие смастерил, в коих они будут почивать до самого замужества. А как выйдут замуж, упорхнут из родительского гнёздышка. Так уж водится на Руси.
А мы с Катенькой к следующему году поджидаем пополнение нашего большого семейства. Царь Небесный благорасположен к нам. Авось и сбудется моя мечта заветная.
* * *
Зима в этом году, как и всегда, снежная. Снег заметает дома по самые кровы. А детям счастье – в такую непогоду до сельской школы не добраться, зато можно наиграться вдосталь.
Но до добра такие игры на стыни без шапки не доводят. Эх, какие же мы родители непутные! Не углядели, не уберегли. Насилу отогрели обмороженную Агафью.
Пелагея согревала сестренке ручки своим теплом, а матушка дала выпить ей горячего настоя из целебных трав.
Дом наш совсем махонький, места на всех кой-как хватает. Но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Мы между собой ладим. Подросшие дочки помогают маме по хозяйству, старшие дети приглядывают за младшими. Тем более, Катя сызнова в положении. Дочери с раннего возраста должны учиться вести хозяйство, готовиться к замужеству и материнству – важнейшей задаче женщины. С малых лет деток учат трудолюбию, целомудрию, уважительности, приучают чтить старших и подчиняться родителям. «Гни деревце, пока гнется, учи дитятку, пока слушается».
* * *
Горестный опыт нас не научил уму-разуму. Сызнова не досмотрели, как дочь обморозилась. На этот раз Пелагея. Как же мы будем приглядывать за детьми, когда их больше станет? Одно упование, что старшие дочки подрастут и поумнеют.
1757 год
Впору сызнова нестись за бабушкой-повитухой: роды у милой начинаются. Всё у нас готово к этому радостному событию – баню натопил, узлы развязал, замки отворил. Зыбка от старших детей досталась. Ничего не забыл? Да пособят нам добрые силы!
* * *
Мальчик! Еще один помощник бате, а то девок вон сколько. Теперь на пару мужицких рук в семье больше будет, больше дров заготовим на зиму, больше грядок возделать сможем. Одним словом – легче жительствовать будет. А звать сына будем Ефрем.
* * *
Для Пелагеи я сработал подставку для рисования. Тяга у дочки к художеству. Я не стал ее отговаривать и бранить за это занятие. Главное, чтоб щи варить поспевала, когда замуж выйдет.