"Тоска о любви, ожидание её, предшественники ли грядущего или заразная блажь?" - Грэг не мог понять. Он всматривался в лица своих прихожанок, он ко всем хорошо относился, был приветлив и обходителен, но ни одна из этих женщин не вызывала в нём того самого негасимого живительного огня, который он видел в Бернарде.
"Может, не всем дано наполниться столь глубоким чувством? Проклятье или дар Богов? Душа Грэга уравновешена и спокойна. В равной степени он принадлежит всем своим "чадам". Возможно, и не нужна вовсе та болезненная привязанность к кому-то одному, что переворачивает жизнь с ног на голову? Но почему же тогда так тоскливо без неё?!"
Тонан стал прислуживать у алтаря. После своего "прозрения" парень потянулся к Богу, есть и положительные последствия того, что сын Жюзьен пошёл одарённостью в свою мать.
"Вот, где настоящая женщина-загадка! Губительная приманка для мужчин... Зачем Бог одарил её столь яркой внешностью? Для чего создал столь совершенное существо? - Грэг пытал Небеса вопросами, стараясь найти ответ, но чем больше искал, тем глубже запутывался. Разгадка ускользала от него, как призрачный мираж. - Роковая женщина, колдунья, если раз увидел, уже не забудешь вовек. Но не мне пылать в её адском огне. Нет, не мне... Я вижу гибельность чарующих открытий. Бог - защита моя!.." - вновь и вновь возвращаясь к мыслям о пламенной ворожее, Грэг отгонял их, не поддаваясь на ловушку магнетизма, исходящего от Жюзьен. Чувства Бернарда вызывали в нём искреннее сострадание и всё же тайную зависть, ведь вот так отдать своё сердце на вечные сладостные муки способен не каждый. - Вот он, Грэг, не готов к этому. И всё же, гложет душу упрямая тоска... Так и хочется нырнуть в проклятый омут с головой."
Тонан поливал на руки священнику. В свои тринадцать лет он понял, что в жизни главное. Ненадолго ослепнув и ощутив себя в кромешной тьме, он понял, что есть только один немеркнущий источник света, и путь к Нему лежит через храм. Грэг отёр руки и вернул мальчику льняное полотенце.
"Омой меня, и буду белее снега..."*
Дверь церкви открылась и зашёл Дариен, уже в который раз он приходил на службу, но с большим опозданием, и в таинствах не участвовал, словно что-то не пускало его.
Как ни странно, такие разные дети подружились. Тонан не забыл своего обещания, оберегал младшего по возрасту Дариена, прекрасно понимая, что ему-то ничего не стоит защититься самому, но кто потом спасёт его обидчиков?
В продолжении мессы Тонан держал свечу, отец Грэг раздавал гостии**, Дариен наблюдал за вереницей верующих, желающих причаститься Святых Даров, заглядывая в человеческие души, он постигал этот мир. У его ног находился неизменный страж, которого, кроме хозяина и его мамы, никто не видел.
- Почему ты не хочешь участвовать? - после литургии, сняв белое одеяние, спросил у друга Тонан.
- Большинство из них даже не понимают, что делают...
- У каждого человека свой путь к Богу, так говорит отец Грэг.
- Ну, значит, и у меня тоже.
- Ты же знаешь, твои способности могут быть опасными, вера помогла бы тебе научиться сдерживать их.
- Давай, я сам разберусь! - довольно резко ответил Дариен.
"Ты сердишься, потому что он прав!" - Верный заглянул в глаза хозяина по собачьи проникновенно.
- А ты, я гляжу, совсем уже здесь как дома, Тонан...
- Кто знает, может это и есть мой дом? Когда всё вокруг исчезло, даже звуки твоих шагов, я впервые обратился к Тому, Кто всегда рядом, Он услышал, и ты вернулся, не бросил меня, слепого, одного.
- Если бы не собака, я бы ушёл.
- Какая собака?
- Неважно. Ты всё равно не поймёшь!
- А ты расскажи, может быть, и пойму, - мальчики вышли из церкви и направились в сторону дома семьи Калян.
Самое сокровенное Дариен ещё не был готов открыть никому, остерегаясь насмешек. Что может быть более странным, чем душа мёртвой собаки, привязавшаяся к человеку? Кроме мамы ему никто не поверит... Но Тонан был настойчив и, пока не вытащил из друга всей правды, не успокоился.
- Тебе не смешно?
- Вовсе нет. Значит, Бог говорил с тобой через призрак собаки? А сейчас она здесь? Скажи!
- Верный всегда со мной.
- Даже на уроках?! Вот это здорово! Жаль, что я его не вижу...
За кустом мелькнула тёмная тень и пёс предупредительно зарычал.
- Кто здесь?! - Дариен насторожился, а вместе с ним замер и Тонан. Уже темнело, и холодный туман окутывал сумеречные силуэты деревьев. Где-то рядом, ухнув, пронеслась ночная птица.
- Пойдём скорее к тебе, я один обратно через этот парк не пойду! - у Тонана задрожали коленки.
- Постой, нужно разобраться.
- Дариен, вернись, не ходи туда!
Но бесстрашный ребёнок пошёл, чтобы выяснить, кто же их преследует и с какой целью. Он ощущал чьё-то присутствие и не намерен был отступать.
* - из Псалма 50.
** - Гостия (хостия, происходит от лат. hostia — «жертва») — евхаристический хлеб в католицизме латинского обряда.
Благодарю за поддержку!