Это интервью было записано до того, как Рамазан Гаджимурадович АБДУЛАТИПОВ подал в отставку с поста главы Дагестана. Предположу, что даже не подозревал, что в октябре 2017 года уйдет с должности, которую занимал с 8 сентября 2013.
– Слышал ваше заявление о том, что сейчас у нас в стране сосуществуют как бы два класса или, как вы сказали, два народа. Один, советский, - как я понял вашу мысль, это народ с идеалами, второй – это люди, которые ориентированы исключительно на что-то материальное. Я правильно понял ваш тезис?
– Очень правильно.
Во-первых.
Во-вторых, допустим, если взять Дагестан, а Дагестан – это часть России, находится все эти годы в пограничном состоянии. Когда мы от советских порядков еще не ушли и в капиталистические не пришли. Поэтому социализм – это дело неплохое в целом, я должен сказать.
Но, вместе с тем, в нынешней ситуации, когда мы полностью поменяли политические, экономические основы государственного строя, строить социализм в условиях капитализма – это бесполезно.
И поэтому закономерное существование условно называемых двух народов – один народ социалистический, а другой народ буржуазный.
Владимиру Владимировичу Путину удалось очень много с точки зрения восстановления новой государственности, новой экономики, новой культуры.
Но это процесс очень консервативный с точки зрения развития культуры, традиций и так далее. У Питирима Сорокина есть такой закон развития: динамика экономических, технологических процессов идет очень быстро, а динамика культуры, психологии за этим не успевает. Вот в Дагестане, например, в основном, в основном бизнес принадлежал начальникам. Если ты не начальник, то у тебя нет бизнеса. И, следовательно, сегодня повернуть в сторону цивилизованного предпринимательства не получается по многим параметрам. Для этого нужно, чтобы была цивилизованная предпринимательская среда.
У нас не созданы условия для современной цивилизованной экономики.
– А, может, у нас какой-то свой путь? Может, нам и не надо то, что называется цивилизованной экономикой?
– Когда я приехал в Дагестан, он был фактически в состоянии гражданской войны. То же самое было, когда Владимир Владимирович Путин пришел к власти в России. Тот вариант, когда господствуют бандиты, проститутки, фанатики, экстремисты, чем это кончилось для страны? Это закончилось деградацией многих сфер развития общества, в том числе системы образования.
– В культурном аспекте или в каком? Вот в чем деградация, по-вашему?
– Ну, культура – это основа всего. Но, вместе с тем, есть экономическая культура, есть политическая культура, есть технологическая культура. Поэтому эта деградация затронула все сферы.
Я в Дагестане нашел 62 филиала вузов Санкт-Петербурга и Ленинграда, которые занимались раздачей дипломов.
– То есть, дипломы просто покупались?
– Да. Вот, когда я приехал в Дагестан, ЕГЭ можно было купить за 500 тысяч рублей в городе Махачкале. В селениях, конечно, меньше. Но тоже везде собирали деньги. И в результате Дагестан оказался республикой с самыми «грязными» ЕГЭ.
Это что означало? Это означало, что все обманывали друг друга. Вообще, в Дагестане считалось большим позором, если человек обманывает. А тут это вошло уже в традицию, когда учитель обманывает ученика, ученик обманывает родителей, родитель обманывает государство.
А теперь мы получили благодарность правительства: у нас одно из самых чистых проведений ЕГЭ. Пока мы навели порядок. А от порядка к содержательной работе еще надо двигаться достаточно долго.