Начало
Меня встретили в аэропорту, отвезли домой и мы начали потихонечку знакомиться, жить и работать все вместе. Я занималась ежедневной уборкой, благо, в небольшой квартире это было не хлопотно, помогала с приготовлением пищи и, под присмотром матери семейства, играла с малышами.
В первую же неделю я разобрала и перемыла всю кухню, позашивала и перештопала всю, нуждающуюся в починке одежду, наготовила всяких вкусностей. Так и пошло. Мне давалось задание разобрать какой-нибудь шкаф, перегладить или перечистить обувь, одежду, навести порядок в кладовке и прочее.
А, вот, заниматься с детками меня почти не оставляли. Хорошо, если пару часов в день с одним малышом, пока мама куда-то ходит с другим. Я была больше домработницей, чем няней и все мои стишки и считалки, игры и прочие педагогические изыски оказались невостребованными. Когда я оставалась с детками, у нас была четкая инструкция, что и как делать. Сегодня мы только рисуем. Завтра смотрим мультики. Играем на коврике. Сидим на кухне и развлекаемся здесь. Мама сама с удовольствием занималась своими детьми и даже не отпускала нас одних гулять на детскую площадку. Гулять дети почти не ходили.
А я ходила. Так как я работала не полный день, во время детского сна я ходила гулять по окрестностям. Иногда это была интересная дорога, иногда скучная промзона, иногда я неделю подряд ходила по одному и тому же маршруту.
Я переживала и волновалась за свою работу и старалась делать всё, чтобы мои работодатели были довольны, но они почему-то с каждой неделей мрачнели все больше и больше. Я не понимала, что делать вообще, что я делаю не так и как всё исправить. Объективно, все выглядело хорошо. У меня отдельная комната, полный пансион, один выходной в неделю, час-два свободного времени посреди дня для прогулки, необременительная домашняя работа и приятные интеллигентные работодатели. Что не так???
Мне казалось, что все прозрачно и понятно. К тому же, раз в неделю мать семейства находила время, чтобы сделать разбор полетов и высказать мне замечания по ведению домашнего хозяйства и поведению. Всё это было довольно странно, потому что с личными разговорами я к своим работодателям не навязывалась, политику и сериалы не обсуждала, старалась как можно лучше выполнять свои обязанности и молчать. Все претензии принимала к сведению, где могла улучшала, где могла, меняла свои действия и менялась сама.
Для меня оказалось открытием, насколько разнятся обычаи швейцарцев и простых постсоветских людей. К критике по ведению домашнего хозяйства я относилась спокойно. Каждая хозяйка ведёт дом по своему и моя задача делать что и как скажут.
Я, правда, не могла понять почему, как бы я не старалась, отношение ко мне все холоднее и холоднее. Меня перестали приглашать на еженедельную планерку по поводу меню и закупок. Со мной перестали вести даже разговоры о совместных прогулках с детьми. Меня все больше критиковали и мне показалось, что я как-то мешаю. Вроде, все разобрали, все претензии высказаны, обещания даны, я знаю, что я действую согласно инструкциям и на какой-то момент мир-дружба-жвачка, а потом опять непонятное напряжение.