К тому времени, как первые русские люди ступили на американский континент, там уже 250 лет хозяйничали наши западные партнёры, сначала испанцы, а вслед за ними англичане и французы. Остался незанятым лишь далёкий и бесплодный кусок северо-запада Нового Света, куда и устремились в поисках лёгкой наживы наши охотники, искатели приключений и авантюристы. Поначалу прибыль от добычи ценных мехов была столь высока, что после рейда за мягким золотом возникали целые состояния, и не было отбоя от желающих испытать своё счастье в опасных плаваниях к далёким берегам.
Но постепенно от варварского истребления ценный морской бобр (калан, или морская выдра) стал исчезать, вынуждая отправляться за ним всё дальше и дальше на восток. Логичным решением стало образование постоянных охотничьих баз и поселений у американского континента, первое из которых было основано в 1784 году в бухте Три Святителя на острове Кадьяк. Именно сюда в 1791 году прибыл Александр Андреевич Баранов, человек, которому наша страна обязана присоединением к Империи обширных американских территорий, а США – современными границами штата Аляска.
Неожиданное появление незваных гостей за столом, где делили американский пирог, не вызвало положительных эмоций у присутствующих. Хозяева застолья, испанцы, чьи владения тогда ограничивались современной Мексикой, поспешно выдвинулись на север навстречу русским и заняли новые территории, которые они назвали Верхней Калифорнией, основав в 1776 году пограничную крепость Сан-Франциско, попутно объявив весь западный берег Северной Америки своей территорией.
Но это было последнее расширение владений дряхлого испанского конкистадора, на его заявления уже мало обращали внимания. В это же самое время на другом конце континента молодой американский хищник объявляет независимость, прогоняет в Канаду английского льва и собирает силы для решительного броска на Дикий Запад. Ещё один игрок, французский месье (кстати, имеющий тогда самую большую долю североамериканского пирога), отвлеченный революцией в метрополии и началом наполеоновских войн, самоустраняется от раздела Америки и продаёт Луизиану американцам.
Английский лев, зализав раны и выгнав французов, тихой сапой крадётся к Тихому океану по территории будущей Канады. Вот в такую весёлую компанию является наш русский первопроходец и заявляет свои права на долю Нового Света.
Стремительное продвижение наших людей на восток и юг американского континента вызвало крайнюю обеспокоенность испанских властей: они вполне справедливо считали, что новые пришельцы сильнее их и способны захватить территории, самонадеянно объявленные собственностью испанской короны.
В секретной Инструкции Государственному Совету монарх Испании Карл III отмечает: «На севере мы должны проявлять бдительность по отношению к русским. Несмотря на огромные расстояния, льды в тех морях и жару на побережье, не существует препятствий, кои не может преодолеть держава, склонная к распространению своих честолюбивых замыслов и располагающая средствами для этого. В связи с амбициозными планами России в Южном море (Тихий океан) и на континенте нашей Америки необходима особая бдительность, и следует позаботиться о том, чтобы в северной части наших владений не осталось ни одного места, не исследованного вице-королями Новой Испании, дабы изгнать русских отовсюду, где обнаружим их поселения».
Посол Испании в Петербурге Мигель де Гальвес разделяет точку зрения своего короля: «Испания должна следить за продвижением русских на Тихом океане, и сдерживать его, ибо они легко могут добраться до наших владений в Америке, а когда-нибудь, возможно, напасть на них».
Как бы там ни было, до вооружённых столкновений дело не дошло: у обеих сторон не было сил для нападения и защиты. Тем временем Правитель Аляски Александр Баранов, не обращая внимания на испанские притязания на весь американский берег, упорно продвигался на юг, расширяя промыслы морского бобра и основывая новые поселения и торговые посты.
Новый импульс к броску на юг дал камергер Николай Резанов, который после посещения Калифорнии в 1806 году стал вынашивать планы захвата американского берега вплоть до крепости Сан-Франциско, которую также предлагал прибрать к рукам. «Нет благоприятнее нынешних обстоятельств, - писал он министру коммерции Николаю Румянцеву, - чтоб вдруг податься нам в южную сторону… Теперь остается еще незанятый интервал, столько же выгодный и весьма нужный нам, и так ежели его пропустим, то что скажет потомство?». Для взятия Сан-Франциско, по мнению Резанова, был вполне достаточен «десант в 50-ти человеках с двумя полковыми орудиями». Так что не так уж и неправы были испанцы в своих опасениях.
Истощение меховых промыслов и постоянные проблемы с продовольствием вынудили Российско-Американскую компанию (РАК) обратиться к императору за разрешением устройства поселения в Калифорнии на свободной от других колонизаторов земле. Компания, представляя выгоды расширения русских владений, просила основать крепость за казённый счет, то есть, по сути, официально на государственном уровне признать суверенитет России над частью территории, которую испанцы считали своей. Александр I, не желая вмешиваться в дипломатический конфликт, уклонился от такого предложения и предоставил РАК «на волю учреждать оное от себя, обнадёживая Монаршим своим заступлением».
Между тем, события развивались стремительно. Американцы и англичане основывали новые поселения, захватывая земли на западном берегу северной Америки. Не дремал и Александр Баранов: после серии разведывательных рейдов, он даёт указание своему помощнику Ивану Кускову занять территорию под новый форт в 100 километрах севернее Сан-Франциско на границе испанских владений: «Первым да будет дело построить для безопасности небольшой редут, окопаться, поставить орудия».
Место под поселение, по сообщению испанского миссионера Пайераса, индейцы уступили за «3 одеяла, 3 пары брюк, бусы, 2 топора и 3 мотыги». Пятнадцатого марта 1812 года была заложена крепость и 30 августа «в день тезоименитства императора Александра Павловича последовало, при пушечной и ружейной пальбе, открытие крепости, которая по вынутому жребию, положенному пред иконой Спасителя, названа была Россом», - рассказывает историк Потехин в 1859 году.
Испанцы несколько раз пытались протестовать, но безуспешно, а через 9 лет их колониальная империя окончательно рассыпалась, и на её развалинах возникла Мексика. Появился шанс юридически закрепить Форт Росс за Россией, для этого надо было признать новое государство, но наш император на это не пошёл.
Где-то наверху бушевали политические страсти, а Форт Росс жил обычной мирной жизнью. Поначалу главным занятием поселенцев был промысел морского зверя, но вследствие бездумного истребления он быстро пришёл в упадок, и на первый план вышло сельское хозяйство.
Планы, как обычно, были грандиозные: «Хлебопашество, скотоводство и разные другие экономические учреждения и фабрики соделают безсомненную возможность по времени иметь для содержания людей и оснащения судов не только достаточно собственное всё своё, но большие избытки от того назначать для Камчатки и Охотска; а тем обеспечить обе те страны от тягостной необходимости привозить из России и Сибири всё для них нужное», - докладывает Главное Правление РАК императору Александру I.
В Россе были устроены огороды, разбиты сады, основаны скотоводческие фермы, свободные пространства засеяны зерном. Урожай доходил до сам 10, но это было немного: у соседей испанцев «урожай приносит в 40 раз против посева».
Кроме сельского хозяйства колонисты освоили судостроение, производство кирпича и выделку кож. У крепости имелась мельница, кузница, купорная мастерская (изготовление бочек) и баня. Производилась довольно оживлённая торговля с испанцами. «Миссионеры, нуждаясь в разных материалах и инструментах, имели беспрестанныя сношения с крепостью Росс», - вспоминает начальник Ново-Архангельской конторы Кирилл Хлебников, - «от них Кусков получал живой скот и разные припасы».
На протяжении своего пребывания в Калифорнии колонисты нанесли на карты берег и внутренние области прилегающей территории, провели этнографические исследования, организовали научные экспедиции по сбору геологических, ботанических, метеорологических сведений о Калифорнии. Вклад россиян в изучение этого края признан мировой наукой и является всемирным достоянием.
Судостроение ввиду некачественной местной древесины пришлось прекратить и сосредоточиться на сельском хозяйстве. «Колония Росс ныне состоит в небольшой деревянной крепостце с 17 орудиями малого калибра. В ней дом для начальника, контора, казармы, двухэтажной магазин и некоторые другие здания. Живущих в крепости разного звания людей, в службе Компании состоящих, считается до 50 человек, - докладывает наверх Главное Правление РАК,- климат таков, что огородные овощи поспевают два раза в год; всякие садовые растения и фрукты на грунту выводимы быть могут. По части скотоводства в Россе считается: лошадей 46, быков и коров 213, свиней 81 и овец 842. Обилие дикого рогатого скота и дубового леса представляет легкую возможность завести кожевенные заводы. Одно овцеводство, столь удобное к усовершенствованию, доставило бы Компании неисчислимые выгоды».
Нехватка земли в окрестностях крепости и неблагоприятный для земледелия климат морского побережья заставили колонистов основать три фермы в более удобных местах. Одно из таких хозяйств описал в воспоминаниях французский капитан Лаплас: «Я находился в совершенно европейской ферме: я видел риги, наполненные зерном и картофелем, дворы со множеством откормленных свиней, овчарни с овцами, кур и плескавшихся в луже гусей и уток. Я видел пространный хлев, наполненный превосходными коровами, молоко которых превращалось в масло и сыр для стола высших начальников Ново-Архангельска».
Посетил он и крепость Росс: «За стеною форта виднелись крыши зданий и церковь с греческим крестом, мельница с выбеленными стенами и огромными крыльями – всё это составляло передний край прекрасной картины. Селение, казавшееся мне с моря значительным, вблизи совершенно потеряло свой грозный вид. Стены состояли из частокола не более 4 метров, церковь, дома и магазины были небольшие, но спешу прибавить, что все здания были хорошо расположены и содержались превосходно».
Для претворения в жизнь обширных планов по развитию колонии Росс было необходимо расширение занятой территории и международное признание её за Российской Империей. Но даже после подписания конвенций с Великобританией и США о границах Русских колоний в Америке юридический статус калифорнийских владений России остался неопределённым.
В 1825 году в правительственных кругах развернулась полемика – что же делать с Русской Калифорнией. Главное Правление РАК обратилось к министру иностранных дел с предложением дальнейшего занятия нашей страной значительной части бывшей испанской Калифорнии и поселении на новых землях государственных крестьян, воспользовавшись смутой и неразберихой в этих краях.
В дискуссию вступил наш знаменитый мореплаватель Иван Крузенштерн, который считал недостаточным основание только Форта Росс и с военной прямотой заявил: «место, коим овладение было бы несравненно выгоднее для России, есть самый порт Сан Франческо, который ныне принадлежит Гишпании». По его мнению, надо «потребовать уступление порта Св. Франческо, на что гишпанское правительство, вероятно, согласится».
Более осторожное мнение высказывал другой мореплаватель вице-адмирал Василий Головнин, считая, что нужно занять выжидательную позицию «как на счет селения нашего Росса, так и будущей уступки залива Св. Франциско». Примечательно, что несмотря на разность взглядов, оба считали захват Сан-Франциско делом вполне реальным и выполнимым. Казалось, мечте камергера Резанова суждено было сбыться, и родина его невесты Кончиты вот-вот станет частью Российской Империи.
На деле всё оказалось не так. Царское правительство не интересовалось судьбой далёкого городка на испанской границе, как всегда, были дела поважнее, и все предложения по развитию колонии были отклонены. Николай I не желал осложнять международные отношения из-за притязаний на Калифорнию, считая это дело ненужным для империи.
В свою очередь, Российско-Американская компания, это причудливое порождение частно-государственного партнёрства, являясь по сути коммерческим предприятием, без высочайшей поддержки не могла вкладываться в развитие Росса, опасаясь за возможную потерю вложенных средств. Время для территориальной экспансии было упущено, и селение Росс так и осталось маленькой крепостью с тремя фермами неподалёку и небольшим портом (скорее пристанью со складом для перегрузки кораблей) в заливе Бодега. Форт стал последним рубежом, крайней точкой в Америке, до которой докатилась волна русской колонизации.
В дальнейшем случилось то, что должно было случиться. Не имея поддержки метрополии, селение Росс не могло развиваться и не оправдало первоначальных надежд. Ввиду небольших доходов её содержание было убыточным, что никак не устраивало коммерсантов из Российско-Американской компании.
В 1839 году Главное Правление РАК пишет министру финансов прошение об упразднении колонии: «Польза, извлекаемая из Росса для колоний и Российско-американской компании, вообще совершенно ничтожна и далеко не соразмерна тем жертвам, которые приносятся для поддержания заселения. Даже в политическом отношении обладание Россом сопряжено с неудобствами. Оно не подкрепляется никаким актом, ни признанием других держав. Таким образом, Главное Правление, обращая постоянное внимание на сокращение излишних расходов и извлечение возможных выгод для компании, находит за нужное оставить селение Росс, упразднить контору его, снять гарнизон, вывезти промышленных, орудия и товары, а остальное продать жителям Св. Франциско». РАК попятился назад…
Вскоре на землю и строения нашелся покупатель – швейцарский эмигрант Иоганн Зуттер (Джон Саттер), согласившийся всё приобрести за 30 тысяч долларов в рассрочку на 4 года. В конце 1841 года последние жители покинули крепость Росс, увозя с собой частицу русской цивилизации.
По иронии судьбы через 7 лет на земле, которую когда-то планировали присоединить к Российской Империи, было найдено золото, стоимость которого многократно превысила все расходы по содержанию колонии в Калифорнии, и на фоне этого сумма продажи крепости Росс выглядит просто смехотворной.
На волне золотой лихорадки убогая деревня Сан-Франциско за несколько лет превратилась в передовой многолюдный город. В том же 1848 году Калифорния была оккупирована американской армией, и через два года стала 31-м штатом США. Что случилось бы с крепостью Росс в это бурное время можно только предполагать.
Форт впоследствии переходил из рук в руки, постепенно разрушаясь, пока в 1906 не стал собственностью штата Калифорния. С этого времени усилиями энтузиастов он был спасён от полного уничтожения и восстановлен, став местом притяжения туристов и историков.
В настоящее время селение Росс и ближайшие окрестности – интересная достопримечательность на территории национального исторического парка, крепость и строения в ней отреставрированы, работает музей, проводятся различные мероприятия, включая исторические реконструкции, фестивали и конференции. О былом русском присутствии, кроме самого форта, напоминает река Славянка, переименованная американцами в Russian river (Русская река), старинный сад и небольшое кладбище неподалёку.
Форт Росс – это памятник предприимчивости и отваги русских людей, которые нигде не пропадут. Это памятник изобретательности и хозяйственности россиян. Именно они первыми в этих краях основали судостроительную верфь, соорудили неизвестные доселе в Калифорнии ветряные мельницы, разбили фруктовые сады и основали фермы, провели исследовательские экспедиции и метеорологические наблюдения. Именно под их русский флаг сбегались преследуемые испанцами индейцы, прося защиты.
Но история крепости Росс это и памятник другого рода. Это памятник отсталости государственного строя России, из-за которого не было возможности освоить и защитить новый край, памятник косности мышления высших чиновников, зарубивших на корню блестящие перспективы развития русской Калифорнии, а вместе с ней и Аляски. Это памятник недальновидности эффективных менеджеров из Российско-Американской компании, проспавших золото у себя под боком и объявивших Форт Росс непрофильным активом. А ещё это памятник всем неравнодушным людям и энтузиастам, которые в деталях восстановили Форт Росс и сохранили память о нём.
О взаимоотношениях с местными индейцами и соседями испанцами можно прочитать в небольшой заметке «Русский оккупант» в Калифорнии».
Друзья! Если у Вас есть интерес к увлекательной истории Русской Америки, то приглашаю почитать другие публикации этого канала:
«Как на Аляске наши люди жили» - продолжение рассказов о «русском оккупанте» в Америке, на этот раз о жизни наших соотечественников на далёкой окраине Империи.
«Русский оккупант» и индейцы Аляски» - рассказ о роли Александра Баранова и русской администрации в преобразовании Американского края.
«Русский оккупант» на Алеутских островах» - узнаем немного о жизни алеутов в составе Российской Империи.
«Дикий Запад по-русски» - поговорим о непростых взаимоотношениях русских с индейцами на Аляске.
«Юнона и Авось»: дипломатия канонерок» - малоизвестный поход двух кораблей. Это вовсе не про любовь.
«Юнона и Авось»: жизнь и смерть Николая Резанова» - познакомимся с камергером Резановым, человеком многогранным и неоднозначным.
«Париж на Тихом океане» - побродим немного по столице Русской Америки Новоархангельску.
«Русский конкистадор» - рассказ про удивительного человека, основателя Русской Америки Александра Баранова.
«Пенсии в Российской Империи» - бросим беглый взгляд на пенсионную систему нашей страны в XIX веке.