Я историк, и в этой статье хочу поделиться с вами одним наблюдением, связанным с борьбой с эпидемией в нашей стране, и, вероятно не только в нашей. Сейчас XXI век, наука далеко шагнула вперед, но, столкнувшись с ранее неизвестной болезнью, с которой мы пока не знаем, как бороться, мы, оказывается, пользуемся теми же самыми методами, какими пользовались в XVIII веке и ранее. Иногда, возможно, неосознанно, из страха, а иногда просто используя наследие предков, которое не теряет актуальности и по сей день.
Я хочу провести аналогии с эпидемией чумы в Москве и Санкт-Петербурге в 1770-1772 гг. Тогда чума была занесена к нам в страну из Молдавии и Валахии, где велась русско-турецкая война. И уже 19 сентября 1770 года императрица Екатерина II начала предпринимать меры по предотвращению распространения заразы, повелев графу Салтыкову :
«Чтобы сие зло не вкралось в середину империи нашей, учредить заставу в Серпухове на самой переправе чрез реку и определить на оную лекаря, дабы все едущие из Малой России, кто бы то ни был, там остановлен и окуриван был».
А в ноябре ему же приказывает поставить заставы на всех проезжих дорогах и пропускать в Москву только тех, у кого есть письменное подтверждение о том, что они едут не с зараженной территории, а если с зараженной, то должно быть свидетельство о прохождении карантина.
Ничего не напоминает? Вчера на въездах в Москву были установлены блокпосты, проверяют абсолютно всех. Жителей других регионов под запись опрашивают, уточняют цель визита и адрес фактического проживания в городе, если человек говорит о том, что едет в Москву по работе.
Вернемся к чуме. Болезнь продолжала распространяться, и, как и сейчас, тогда не был вовремя введен карантин. В 1771 году на мануфактуре "Большой суконный двор", располагавшейся недалеко от Москвы, умерли 130 человек. Тогда власти то ли не сразу поняли, что это чума, то ли решили это замять, чтобы не останавливать производство, а потом уже стало поздно, но, как бы то ни было, карантин введен не был, болезнь назвали "гнилой горячкой", а умерших хоронили тайно по ночам. Вскоре смерти уже скрывать стало невозможно, и рабочие мануфактуры стали в страхе разбегаться, разнося заразу.
Все, наверное, помнят новость про то, как украинские туристы, наконец-то вернувшиеся на родину, просто разбежались из аэропорта по домам, не соблюдая никакого карантина. Не сомневаюсь, что такие же туристы были и у нас, и в других странах, и вряд ли все они были здоровы на момент прибытия на родину.
Узнав про инцидент на Суконном дворе, императрица стала предпринимать меры, чтобы чума не распространилась за пределы Москвы и не дошла до Петербурга, полностью закрыв Москву. В то же время в Москве был введен карантин, который очень напоминает современный - были запрещены «публичные во многом числе всякого звания людей собрания в местах запертых и покрытых», правда, на открытом воздухе находиться разрешалось, хотя народу уже было не до веселья.
Меры к заболевшим принимались очень жесткие - дома заколачивались досками, а на воротах рисовали красный крест. Вещи, с которыми соприкасался больной, сжигали.
И даже эти методы находят отклик в современности. Недавно прочитала жуткую историю - в Казахстане заперли в доме жителей карантинного подъезда. Приварили засовы и просто закрыли, предварительно прорезав в двери отверстие для передачи продуктов. Кто будет передавать эти продукты, не уточнялось, как и то, что делать людям в случае, например, пожара или необходимости экстренной медицинской помощи.
Вероятнее всего, как заперли, так и открыли, никто бы не позволил сделать такое с людьми надолго, и инициатор, очень надеюсь, уже наказан, но факт остается фактом. Страх заставил людей действовать также, как в средневековье.
Другой случай - под Партизанском жители одного из сел угрожают семье, находящейся на карантине с подозрением на заражение, физической расправой и уничтожением имущества. Глава семьи Александр рассказывает газете VL.ru следующее: «Уже по пути к населенному пункту нам стали поступать звонки не от врачей, а от простых сельчан с угрозами. Они решили, что мы заразные, поэтому отнеслись к нашему появлению крайне негативно». В итоге дошло до того, что жители села собрали "народный сход" для того, чтобы изгнать Александра и его семью, угрожали убийством их собак, уничтожением жилища, запретом на продажу продовольствия.
Аналогию можно провести и с церковью. Во время чумы 1770-х годов церковь была духовным оплотом больных, которые приходили туда помолиться о своем выздоровлении, и, как следствие, только разносили заразу.
15 сентября 1771 года начался чумной бунт, причиной которого стало то, что Московский митрополит Амвросий решил запретить паломничества больных к иконе Богородицы, опасаясь распространения заражения - больные и здоровые прикладывались к иконе без всякой предварительной обработки, находились в опасной близости друг от друга. Икону убрали а пожертвования, сделанные прихожанами, отдали в Воспитательный дом.
Люди восприняли это негативно, в городе и так была напряженная обстановка - распоряжения начальства и докторов ругали, проклинали "бесовские карантины", а после того, как икона была убрана, с криком «Бейте их! Богородицу грабят!» люди набросились на солдат и чиновников, а митрополит был убит.
В современных реалиях все не так страшно, но давайте посмотрим, что творилось в церквях еще вчера, в "вербное воскресенье". Прихожане, несмотря на призыв оставаться дома, массово посещали храмы и кладбища, причем закрытые ворота на кладбищах никого не смущали - люди лезли через забор.
В 1770-х годах все закончилось бойней на Красной площади. Надеюсь, что у нас до этого не дойдет, хотя "марш пустых кастрюль" не исключен, судя по политике, предпринимаемой властями.
Смотря на все это, хочется задать вопрос - а так ли далеко мы ушли от средневековья? Или мы таким образом в него возвращаемся? Средневековые методы, печенеги и половцы, напуганный и где-то глупый народ, такая вот своеобразная "цикличность истории".
Спасибо, что дочитали до конца, на эту статью ушло много сил и времени, надеюсь, вам было интересно.