На улицах Москвы каждую неделю растёт количество бездомных. Эту негласную статистику ведут в фонде помощи оказавшимся на обочине благополучной жизни "Дом друзей". Официально таких данных нет, но волонтёры всё видят своими глазами: армию московских бомжей сегодня пополняют оставшиеся без работы, денег и крова мигранты. Стройки останавливаются и для многих из них открыта только одна дверь — на улицу.
Азамат Абдуллаев пару недель ютится на Белорусском вокзале. Стройка, где работал Азамат, закрылась, и его уволили, не заплатив. С вокзала тоже рано или поздно выгонят.
Таких, как Азамат, на улицах Москвы и других российских мегаполисов многие тысячи и с каждым днём всё больше.
Весенний призыв в армию бездомных
Бездомных, в том числе и дошедших до ручки трудовых мигрантов, традиционно считают разносчиками всевозможной заразы. Но это сомнительное звание сегодня по праву переняли пахнущие дорогим парфюмом любители европейских горнолыжных курортов, откуда богатые и респектабельные, скорее всего, и завезли в столицу и крупные города смертельный коронавирус. Но у богатых и причуды свои, и доступ к лучшему медицинскому обслуживанию имеется, они хорошо питаются и могут соблюдать постельный режим, что поддерживает в норме их иммунитет. А тот же Азамат от голода, холода и отчаяния уже еле волочит ноги.
Выброшенные на улицу трудовые мигранты приходят в московские центры помощи бездомным за лекарствами и миской супа. Директор НКО "Дом друзей" Лана Журкина, которая трудилась ранее бок о бок с доктором Лизой — Елизаветой Глинкой, рассказала Лайфу, что в Москве количество обращающихся за помощью бездомных увеличивается примерно на десять процентов в неделю. И Журкина отмечает рост числа именно бездомных азиатов. Мигранты оказываются на улице ещё и по причине закрытия дешёвых хостелов, где они могли хоть как-то пересидеть, пока карантин не закончится и вновь не заработают стройки.
Фонд "Доктор Лиза" через социальные сети обращается за помощью к сетевым супермаркетам, где выбрасывают просроченный товар, и к большим интернет-магазинам, которые утилизируют вещи даже с небольшим браком. Если их менеджмент подумает чуть заранее, то ещё не вышедшие из срока годности предметы гигиены или кофты с кривой строчкой могут облегчить чью-то жизнь на улице. Ведь социально ответственный бизнес — это не только застройщики, которые должны сейчас за свой счёт содержать контейнерные городки, заселённые строителями.
Мигранты без работы, денег и жилья
Строительный мир довольно тесен — ситуация изнутри видна как на ладони. Главный инженер "Монолит-Стройсоюза", блогер Дмитрий Хаблюк в разговоре с Лайфом довольно пессимистично смотрит на сложившееся положение, считая, что некоторые оказавшиеся на улице трудовые мигранты одним обращением за социальной помощью не ограничатся.
— Такие люди скоро начнут голодать и питаться уличными животными. Птиц, кошек, собачек будут кушать только так.
Некоторое время назад в СМИ и социальных сетях разлетелся забавный сюжет о мигранте, который забил камнями утку в парке, чтобы сварить себе плов. Тогда эта охота в городе показалась странной и дикой выходкой, а сегодня уже может восприниматься как один из способов достать пропитание.
По словам инженера Хаблюка, в Москве встали многие стройки, подрядчики разбегаются, содержать и кормить набранную когда-то дешёвую рабочую силу никто не собирается. Ну или почти никто. Например, возле метро "Селигерская" есть несколько общежитий и в одной из комнат безвылазно сидят восемь безработных узбеков. Раз в день хозяин хостела что-то им приносит поесть, чтобы они совсем не умерли с голоду. Просто из гуманных соображений. Или, например, пятнадцать узбеков спасает их земляк, приютив в своей двухкомнатной квартире. Он же их и подкармливает. Но это ненадолго. Потому что земляк этот не какой-то там крутой бизнесмен, а простой московский инженер узбекского происхождения. И многие, как тот же Азамат, или уже живут на улице, или готовятся — с вещами на выход.
Ни для кого не секрет, что российский бизнес пользовался дешёвой рабочей силой из среднеазиатских республик для того, чтобы "оптимизировать расходы", а сами трудовые мигранты все заработанные российские рубли отправляли на свою родину. Подушек безопасности ими не предусмотрено, не говоря уже о золотых парашютах...
Ситуация осложняется ещё и тем, что у многих мигрантов сегодня сложился неопределённый правовой статус: из-за эпидемии коронавируса не все смогли привести в порядок документы и легализоваться в России. А по закону нелегалов нужно препровождать в специальные центры и депортировать из страны. Можно, конечно, выслать десятки, сотни, даже тысячи. Но кто сможет депортировать сотни тысяч? Да ещё в условиях закрытых границ и при почти полностью разорванном международном транспортном сообщении.
Миграционная амнистия образца 2020-го
19 марта 2020 года Первый замминистра МВД генерал-полковник полиции А.В. Горовой подписал требование по работе с мигрантами в период распространения коронавирусной инфекции. Документ внушал определённый оптимизм, и его сразу же окрестили миграционной амнистией. Замминистра обещал всем гражданам сопредельных государств продлить срок пребывания на территории Российской Федерации даже в том случае, если он уже истёк. При этом Горовой рекомендовал сотрудникам миграционной службы на местах не штрафовать мигрантов и воздержаться от выдворения. Поверив в миграционную амнистию, сотни тысяч мигрантов ринулись в отделения ФМС воспользоваться таким удачным шансом, но реальность их быстро остудила.
Юрист и правозащитник Валентина Чупик обеспечивает мигрантам юридическую помощь и сама когда-то приехала в Россию из Узбекистана. Она объясняет Лайфу почти бытовые причины фактического провала миграционной амнистии 2020-го.
— Миграционные карты продляют только при наличии принимающей стороны, готовой зарегистрировать мигранта на своих квадратных метрах. Но хозяин квартиры никогда не пойдёт в полицию ради жильца из Средней Азии. В Москве сейчас около трёхсот пятидесяти тысяч мигрантов с неопределённым правовым статусом. До полумиллиона... И что с ними будет?
По словам Чупик, даже если мигрант находит по счастливой случайности человека, готового его зарегистрировать, на местах его всё равно штрафуют, несмотря на требование замминистра МВД. Большую часть необходимых документов для своей легализации мигранты "в мирное время" обычно покупали в мутных шарашкиных конторах, которые тем не менее спокойно рекламировали свои услуги в Интернете. Сегодня даже эти шарашкины конторы закрыты на карантин. Регистрацию даже в так называемых резиновых квартирах сделать невероятно трудно.
В итоге от трёхсот пятидесяти тысяч до полумиллиона трудовых мигрантов только в одной Москве могут внезапно стать нелегалами, которым по закону светит депортация. Без легальных бумаг сегодня им почти невозможно найти какую-никакую работу, даже если к маю карантин отменят.
Мигрант на карантине
Лайф выяснил, что одним из первых нарушителей карантина в Москве оказался трудовой мигрант Хаитов Юнусджон из Таджикистана. В связи с положительным результатом лабораторного исследования пробы на CoViD-19 Хаитов был обязан соблюдать режим изоляции в месте своего фактического проживания — в Северном Медведкове. Однако 3 марта он пошёл по своим делам. Хаитова удалось засечь по камерам с помощью новой системы слежения. И когда он вернулся домой через четыре часа, приехала выездная бригада из Коммунарки и нарушителя забрали в больницу. По словам самого Юнусджона, он плохо знает русский язык, поэтому, мол, и не понял, что ему необходимо сидеть дома. Но именно мигрант из Средней Азии стал первым инфицированным чумой XXI века, кого вычислили в Москве по камерам слежения.
Выглядит как анекдот. Но если серьёзно, далеко не все мигранты обратятся за официальной помощью даже при явных признаках коронавирусной инфекции. В том числе и из-за того, что при госпитализации может вскрыться их нелегальный статус. Такие люди могут тихо болеть в своих бытовках, ходить по улицам за продуктами и заражать окружающих. Они не являются социально ответственными, потому что сам социум никогда не брал на себя ответственность за них. А о социальной ответственности бизнеса в этом раскладе, очевидно, говорить бессмысленно.
Аэропорт — последнее прибежище мигранта
Когда в России развернулся коронавирусный кризис, некоторые из оказавшихся на улице мигрантов, как Азамат, поселились на вокзалах. Другие в конце марта заняли аэропорты Домодедово, Внуково и Жуковский, желая поскорее улететь на родину. Мигранты прожили там пару недель. Кто-то действительно пытался и не смог улететь, у кого-то просто не осталось денег, чтобы вернуться даже в место своего временного пребывания в Москву или Подмосковье. Скопление спящих на полу мигрантов вызвало нешуточный резонанс, и в аэропорты начали съезжаться репортёры, которые записали большое количество ярких материалов на острую социальную тему.
Мигранты на полу Внуково в последние дни марта. © LIFE
Но аэропорты это вам не ночлежки и в начале апреля Домодедово и Внуково зачистили от мигрантов. Посольства среднеазиатских республик оказали своим гражданам кое-какую помощь. Например, Узбекистан снял шелтер для своих граждан на 820 мест, там разместились те самые люди из аэропортов. Но этих мер уже явно недостаточно. Особенно учитывая реальное количество находящихся в Москве трудовых мигрантов. По некоторым данным, их в столице, включая нелегалов, больше двух миллионов.
Потенциальный социальный взрыв
В самый разгар "аэропортного сидения" мигрантов в СМИ зазвучали тревожные разговоры о возможном социальном взрыве. Его предсказывал, например, президент межрегионального узбекского землячества "Ватандош" Усман Баратов, чьи заявления вызвали в обществе неоднозначную реакцию. Лайф связался с Баратовым, чтобы узнать, что именно он имел в виду.
— Во Внуково была сложная ситуация, многие были на грани психологического срыва, больные... И там было достаточно уже одной спички. Как Ленин в своё время говорил: "Из искры возгорится пламя". Так и здесь, во Внуково, могло бы такое случиться.
