История приключилась зимой, лет семь назад. В то время я работал на кладбище землекопом – профессия не особо престижная. Но когда теряешь работу, а деньги для семьи срочно нужны, согласишься на любой заработок.
История приключилась зимой, лет семь назад. В то время я работал на кладбище землекопом – профессия не особо престижная. Но когда теряешь работу, а деньги для семьи срочно нужны, согласишься на любой заработок.
История приключилась зимой, лет семь назад. В то время я работал на кладбище землекопом – профессия не особо престижная. Но когда теряешь работу, а деньги для семьи срочно нужны, согласишься на любой заработок.История приключилась зимой, лет семь назад. В то время я работал на кладбище землекопом – профессия не особо престижная. Но когда теряешь работу, а деньги для семьи срочно нужны, согласишься на любой заработок.
Утром выдал мне начальник задание вырыть могилу. Похороны должны состояться завтра, а ничего еще не было готово.
Помню морозы тогда стояли сильные. Мерзлая земля плохо поддавалась. Пришлось мне изрядно помахать тяжелым ломом, чтобы войти хотя бы на один штык. В общем, провозился целый день. В сумерках сделал очередной перерыв, решив перекусить.
Надо сказать, что находился я на самом дальнем конце кладбища. Здесь и летом народа почти не бывало, а зимой тихо и пусто. Вокруг высокие деревья с голыми ветками над старыми могилками и пасмурное небо над головой. Обстановка зловещая, но работая на кладбище быстро привыкаешь к такому антуражу.
Снял я рукавицы, открыл контейнер с бутербродами, достал из внутреннего кармана бушлата пол-литра и стаканчик. Работая целый день на морозе, такое лекарство просто необходимо, чтобы не заболеть.
Не успел налить, как среди могил заметил сгорбленную бабку, в черном пальто, похожую на ворону. Голова замотана в пуховый платок на старинный лад. Бабка подходит ко мне – лицо древнее, сморщенное. Пальто сильно пахнет нафталином.
- Угости меня, милчеловек, водочкой, - попросила бабка, шамкая беззубым ртом.
В таком месте, обычно не принято людям отказывать. Может, замерзла, может, помянуть кого хочет. Налил я ей стакан водки, протянул бутерброд.
Водку бабка выпила – опрокинула профессионально стакан, причмокивая. От бутерброда отказалась.
- Спасибо тебе, милчеловек.
- Ты не заблудилась? Может тебя, бабушка, проводить до выхода? – спросил, а сам думаю, что если бабку, еще тащить в такую даль, то придется могилу до утра копать.
- Нет, спасибо. Мне тут рядом. Всего тебе доброго.
Бабка кивнула на прощание и пошла среди могил, удаляясь. Мне что, ну пошла и пошла. Я нагнулся, поднял рукавицы. Повернул голову, а бабки уже нет. Одни могилы кругом. И тут я понял, что бабка ушла не по проторенной мною тропинке, а прямо по сугробам между кладбищенских оградок к завалам из старых деревьев. Подумал, что теперь точно она заблудится и до темноты с кладбища не выйдет.
Я направился к могилкам за ней и тут же по колено провалился в снег. Вот в этот момент мне стало жутковато. Вижу в сгущающихся сумерках, что следов бабка не оставила. Снег глубокий, не хоженый.
Работу я не бросил. Задание есть задание. Но все время пока возился с могилкой, опасливо оглядывался по сторонам. Когда закончил копать, еще раз сходил с фонарем до того места, где видел в последний раз бабку. Прошелся до бурелома из веток. Человеческих следов точно не было ни вокруг могил, ни у самых деревьев. Снега там оказалось до пояса. Я с трудом прошел.
Так до сих пор и не могу понять, откуда взялась бабка и куда она, потом подевалась. А может нечистая ко мне приходила в образе старушки?