В моду представителей высшего света татуировки вошли в Россию в конце 19 века. Сам Николай II имел ни одну татуировку на теле. Неожиданное желание сделать татуировку посетило Императора в момент чтения туристического справочника по приезду в Японию. На официальном мероприятии цесаревич обратился к принимающей стороне с просьбой - представить местных мастеров татуировки. На следующий день на борт флагмана русской эскадры доставили мастеров из Нагасаки, некий из них нанёс первый рисунок на правое предплечье русского цесаревича. В результате Николай II обзавёлся изображением чёрного дракона с жёлтыми рожками, зелёными лапками и красным брюхом. В Японии - это мифическое животное, символ сразу четырех стихий и сторон света. По древним приданиям, татуировка с драконом наделяет носителя неистовой силой, властью, а также качествами магического и духовного толка. Отмечается, что сеанс татуировки оказался болезненным для Царя и длился мучительных 7 часов. Император гордился новой татуировкой и специально закатывал рукав рубашки для показа и на фото. Позднее царь сделал себе еще две наколки - меч на груди и имя жены на руке. Мода на нательные рисунки, а конкретно на восточные японские мотивы, сразу увлекла представителей света и богемы.
Первым легальным татуировщиком в России стал дворянин из Петербурга Вахрушев Евгений Павлович. В конце 1906 года 8 декабря он написал прошение начальнику главного врачебного управления с просьбой официально разрешить занятия нанесения татуировок. На тот момент Евгений уже 3 года изучал особенности нанесения под человеческую кожу красок и веществ, которые оставляли рисунки. Переписка длилась 2 недели и разрешение удалось получить.
Вахрушев пользовался английским классическим способом нанесения нательных изображений. Рисунок переносился кистью на кожу, а потом прокалывался чистой иглой, обмоченной в чернилах. Мастер использовал исключительно стерильные инструменты, предпочитал приобретать новые иглы. За содержанием инструментов и материалов для работ в тщательно следили врачи. Чтобы избежать заражения крови, Евгений Вахрушев пользовался натуральными красками.
После легализации первого татуировщика, вероятно, стали открываться первые тату-салоны, но никаких документальных подтверждений на этот счёт не обнаружено. Однако наличие этого официального разрешения Врачебного управления подтверждает интерес и осведомлённость о татуировке среди горожан Петербурга.
Дальнейшее развитие татуировки, как вида искусства, прекратилось после Октябрьской революции. Тату сразу попадает в разряд буржуазных «пережитков царского режима». В советской истории татуировки вместе с карате, долларом и рок-музыкой находились в полулегальном положении. Считалось, что носить татуировки могли или моряки, или уголовники. Но чаще вторые. "И на левой груди профиль Сталина, а на правой — Маринка анфас", — пел Владимир Высоцкий, имея в виду, конечно же, тату.