Многие часто задают мне один и тот же вопрос - где взять силы верить? Он конечно всегда звучит по-разному, но суть именно эта. Кто-то теряет силу веры в житейских заботах и неурядицах. Кто-то не находит ее в подмене духовной жизни душевною. Кому-то тоскливо от бессилия в борьбе со страстями и искушениями. А иные не находят отраду ни в молитве, которой так и не научились, ни в добрых делах, которые на поверку оказываются далеко не добрыми. Вот поэтому, мне кажется, что мы этот вопрос только произносим каждый на свой лад, а по-сути он один - где взять силы верить? Ведь когда-то их было в избытке, казалось, что подойдешь к горе, крикнешь посильнее и… поползет она медленно с места. Не забуду, как однажды и я, в беседе со школьным товарищем, был готов сказать стакану, чтобы он повис в воздухе, и только бесполезность этого чуда для моего собеседника меня остановила. Ему не нужно было чудо, ему нужно было не верить ни во что, когда в сердце бессилие и разочарованность жизнью. Итак - где же брать силы верить?
Признаюсь искренне, такого места нет. То есть нет какого-либо места на земле, где всегда можно позаимствовать хоть немного силы, для нашей тощей веры. Зато она есть Там, не на земле. Сегодня удивительный день, когда Оттуда столько много предлагается нам силы для веры, что не взять ее просто глупо. Предлагаю всем со мной воспользоваться этим замечательным днем, в году он такой один. Лазарева суббота, этот праздник сегодня немного затерян в череде бурных событий Великого Поста и Страстной седмицы, но сила его от этого нисколько не умаляется. Мне однажды довелось быть в этот день у гроба праведного Лазаря, прошло много лет, но сила того потрясения и сегодня заставляет вздрагивать. Трогательное повествование о любви Спасителя к своему другу Лазарю никого не оставляет равнодушным. Кто из нас не плакал со Христом, когда неутешные сестры сетовали на отсутсвие Божественного Учителя. И вот главный момент - «И сия рек, гласом великим воззва: Лазаре, гряди вон!» Признаюсь честно, сердце в эту минуту остановилось. Перед открытым входом в древнюю погребальную пещеру Праведного Лазаря эти слова звучали как гром. Мне показалось, что еще немного и обвитый пеленами мертвец покажется на пороге своего мрачного гроба.
Позже у святителя Филарета Гумилевского я прочитал такие слова, -«Марфа при мысли о четверодневном мертвеце прежде всего тревожится тем, что дурной запах оскорбит чувства любимого учителя; она забывает о могуществе Его; забывает, что обещалась верить во всем Иисусу Христу. Так не тверда вера человеческая!» Прошло много лет и я не раз убеждался в правоте святителя. Я был уверен, что там, у гроба праведника я навсегда расстался с маловерием, но как Марфа, я забывал об этом и снова моя вера теряла свою великую силу. Только праведный Лазарь с тех пор стал мне очень близок, вслед за его сестрами и самим Спасителем, я любил его с каждым годом больше и больше, незаметно он и мне стал другом, пусть далеким и очень великим, но близким и очень искренним. И вот когда силы у моей веры очередной раз подходили к концу, я всегда вспоминал о своем друге и просил взаймы у него этой силы. И всегда получал. «Моли́твами Ла́заря, Ма́рфы же и Мари́и, / нас сподо́би зри́телей бы́ти Креста́ и страсте́й Твои́х, Го́споди, / и светоно́сицы дней и цари́цы Воскресе́ния Твоего́, Человеколю́бче.»
