8 апреля 1944 года советские войска начали штурм Перекопа. Почти за четверть века до этого Красная армия уже брала его укрепления, но теперь противник был гораздо сильнее. В новой операции советские военачальники использовали удивительный сплав традиционных и новейших методов взлома укрепленных полос.22 февраля 1944 года 2-ой гвардейской армии генерала Георгия Федоровича Захарова поставили задачу — прорвать Перекоп и захватить порты черноморского побережья в Крыму. В то же время, 51-я армия Якова Григорьевича Крейзера должна была атаковать с плацдарма за Сивашем, захваченного в осенних боях 1943 года. Хотя «немец был уже не тот», что в предыдущие годы, задача оставалась весьма непростой.Перешеек и пробка из бутылкиУзкий (длиной 6 км, с учетом извилистой линии фронта — около 15 км) Перекопский перешеек уже по природным условиям представлял собой отличное место для обороны. К тому же немецкие войска постарались максимально укрепить местность.Советским частям предстояло прорвать четыре полосы. Южнее Армянска проходил промежуточный рубеж обороны. В самом городе почти 300 подвалов были укреплены и подготовлены к круговой обороне. Затем шли сильно укрепленные Ишуньские позиции — с предпольем и двумя оборонительными полосами. Во второй полосе было четыре линии траншей. Общая протяженность траншей только на перешейке составляла 75 км. Насчитывалось 87 тяжелых и 42 легких ДЗОТа и 8 ДОТов. Позиции немцев прикрывал противотанковый ров длиной 8 км, 65 км проволочных заграждений и свыше 100 000 мин. Наконец, на южном берегу реки Чатырлык размещались полевые укрепления — как «танковый барьер» для прикрытия отхода основных сил.
Север Крыма обороняли две немецкие и две румынские дивизии. У противника было по 280 ручных и станковых пулеметов, 75 противотанковых орудий, до 160 минометов, до 150 полевых орудий, до 50 зениток, свыше 15 реактивных шестиствольных минометов. С учётом такой огневой мощи, обороняющиеся могли обрушивать на каждый метр фронта до 42 пуль в минуту, а также по снаряду на каждые два метра.
Командир 2-ой гвардейской армии Захаров решил расчленить немецкую оборону на две части, окружить и уничтожить передовые опорные пункты, а затем на плечах отступающих немцев ворваться на Ишуньские позиции и на четвертые сутки выйти к Чатырлыку. «Тараном» советского наступления должны были послужить 3-я гвардейская и 126-я стрелковые дивизии.3-я гвардейская дивизия сражалась под Лениградом и Сталинградом, освобождала Донбасс. Теперь ей предстояло ворваться в Крым и «выскочить вперед, как пробка из бутылки шампанского» (дословная цитата из доклада Захарова). 126-я дивизия также прославилась под Сталинградом и на Донбассе.«Победа куется до боя»Перед решающим наступлением части пополнялись людьми, призванными из освобождённой Северной Таврии, а также выздоровевшими из госпиталей — стрелковые дивизии доводились до численности примерно в 6000 человек, гвардейские — до 7100. Но неопытность такого пополнения (до половины бойцов 51-ой армии оказались необучены) вызывала понятные опасения.Снабжение войск затруднялось отставшими на 100–200 км тылами, отсутствием дорог и непролазной грязью, доходившей почти до колен. Иногда необходимое приходилось тащить буквально на себе. Только для 51-ой армии запасной полк и местное население перенесли на руках 220 т боеприпасов. Неимоверными усилиями, доставляя грузы вьюками, 2-я гвардейская армия смогла иметь к началу операции от 3 до 5 боекомплектов снарядов.Уже в ходе наступления 15 апреля была издана специальная директива по тылу 4-го Украинского фронта: «Тыловые части и учреждения армий, а также и имущество вводить в Крым только крайне необходимое, подвозить войскам только горючее, боеприпасы и колониальные продукты». Предполагалось широко использовать местное зерно и фураж, а также трофейный транспорт.
В первом эшелоне наступления на Перекоп находилось шесть дивизий, еще две — во втором. К исходу 26 февраля нужно было подготовить плацдармы для атаки — оборудовать командные и наблюдательные пункты, выкопать ходы-«усы» к противнику, ступеньки, закопать проводную связь. Траншеи и «усы» позволяли приблизиться к противнику на расстояние до 75–100 м, а местами даже на 50 м.
Общая готовность войск ожидалась к утру 28 февраля. Но тут на Сиваше случился шторм, разрушивший переправы. Затем разразился сильнейший снежный буран — и наступление было отложено ещё раз. Зато войска получили время для подготовки.Хорошо забытое староеЧтобы немцы не обнаружили подготовки наступления, сапёры каждую ночь проделывали проходы во вражеских проволочных заграждениях. Войска, идущие к фронту, тщательно маскировались, особенно машины. Чтобы получить максимум данных для вскрытия вражеской обороны, авиация с 24 февраля по 7 апреля пять раз проводила плановую аэросъемку укреплений на Перекопе, последний раз — за день до атаки.2 марта Захаров приказал каждому соединению создать точные копии сооружений противника, которые предстояло прорвать. Выкапывались в точности такие же траншеи и артиллерийские окопы, строились макеты ДОТов и даже насыпались курганы. Линия обороны прикрывалась такими же проволочными заборами, как у немцев, а также боевыми минами. Проводились учения, во время которых огневые точки «противника» постоянно смещались. Опыт показал, что немцы после артподготовки успевают занять свои места за 3–5 минут. Поэтому советская пехота тренировалась в беге, чтобы успеть преодолеть 150–200 м за 1,5–2 минуты и занять первую-вторую траншеи.На направлении главного удара плотность артиллерии должна была достигать 199 стволов на 1 км фронта. Готовились к бою даже 280-мм мортиры Бр-5. Управление артиллерией было централизованным. Вся противотанковая, полковая и батальонная артиллерия ставилась в боевые порядки полков первого эшелона. Артиллеристы должны были иметь лямки для перекатывания орудий. Были и новинки тактики: контрбатарейная борьба начиналась не в период артподготовки, а с начала атаки, перед каждым налетом штурмовиков подавлялась зенитная артиллерия. 48 Ил-2 работали «внакладку» с артиллерией, группами по шесть штурмовиков.Для создания огневого вала все миномёты стрелкового полка собирались в общую группу. Через каждые 150–200 м намечались рубежи, совпадающие с траншеями противника. Темп стрельбы назначался 4 мины на ствол в минуту. Чтобы не накрыть недолётами собственные войска, дополнительные заряды пороха приказывалось просушить и хранить в резиновых камерах. Впереди огневого вала за 800–1000 м ставился дымовой вал, 6 дымовыми минами в минуту.
На одном из учений солдаты добежали до рубежа «противника» раньше, чем долетели выпущенные мины — в итоге, 2 человека погибло и 18 было ранено. Для расчета переноса огня было учтено, что пехота добегает до врага за 1,5 минуты, а мины из минометов в 300 м от наших траншей долетают за 2 минуты. Как только пехота достигала траншей или установленных рубежей, она давала красные ракеты. Увидев ракеты, миномётчики должны были без команды самостоятельно переносить огонь на следующий рубеж.При прорыве Перекопа 3-я гвардейская дивизия, имея фронт в 1,5 км, должна была наступать двумя эшелонами. В первом эшелоне было два полка. Каждый полк тоже строился в два эшелона — в первом эшелоне два батальона и один — во втором.Типичный батальон наступал цепями — в первой четыре взвода, вооруженных автоматами. Во второй — три, и в третьей цепи — два взвода. Цепи поднимались в атаку с интервалом в две минуты — пока предыдущая пройдёт 200 м. Роты и взводы первой линии должны были расчищать путь только для себя, двигаться вперед, не обращая внимания на огонь противника и даже на свои потери.Батальон, наступая на фронте 350 м, поддерживался 11 орудиями калибра 122 мм, 26–76-мм, 8–45-мм, сводной ротой миномётов — 11 минометов 82 мм и 27–120 мм. А также −12 орудий 152-мм, 8 «Катюш» М-13 и 4 зенитки. На 350 м приходилось 99 стволов — без реактивной артиллерии. Кроме того, с места стреляли 24 станковых пулемета полка. На метр фронта приходилось 52 пули и 5 снарядов в минуту. Вся эта невообразимая мощь в первые две минуты атаки поддерживала, по сути, четыре бегущих впереди взвода — около сотни автоматчиков.ДОТами и ДЗОТами занимались специальные штурмовые группы — взвод (реже рота) пехоты, отделение саперов, 1–3 химика, взвод станковых пулеметов, по 1–2 45-мм и 76-мм орудия, взвод ПТР и 2–3 танка. Поддерживала штурмовую группу батарея, а то и дивизион артиллерии.Интересно, что методика изучения противника, построение своих войск и вывод их в атаку почти ничем (кроме наличия массового автоматического оружия, танков и некоторых других деталей) не отличались от подготовки Брусиловского прорыва 1916 года.
И ещё более любопытно, что такая тактика эшелонирования боевых порядков прямо противоречила приказу Ставки № 306 (еще осени 1942 года) и могла привести к большим потерям — что не раз случалось в предыдущих операциях, когда немцы получали возможность накрыть огнем сразу несколько эшелонов войск. Однако Захаров решил рискнуть.ШтурмВ 8.00 8 апреля началось артиллерийское наступление. 1359 орудий и минометов за день расстреляли 193000 снарядов и мин.Для обмана немцев после ложного переноса огня (половина орудий перенесла огонь, а половина была готова открыть его по старым целям) в 9.25 из траншей с криками «Ура!» выставили 1200–500 чучел с касками. Когда через 5 минут немцы, отражая «атаку», заняли первые траншеи и открыли огонь — на них снова обрушились снаряды. Такой трюк был повторен еще раз. В итоге за 15–30 минут атаки батальоны первых эшелонов захватили все траншеи противника. Этот эпизод даже попал в художественный фильм об освобождении Крыма «Третий удар».За 8 апреля советские войска потеряли убитыми 375 человек, ранеными — 662, всего — 1037. Подсчитанные потери немцев только убитыми — 7233 человека. При прорыве перешейка было израсходовано от 3 до 5 боекомплектов снарядов и мин, или 677 вагонов боеприпасов. На каждые 7–9 м2 оборонительных рубежей приходилась одна воронка. Всего при прорыве «ворот» Крыма 4-ый Украинский фронт потерял 3923 человека убитыми и 12166 ранеными.
Но случались и накладки — 3-я гвардейская дивизия при развитии атаки не использовала имеющийся кулак в 300 стволов артиллерии и остановилась на промежуточной полосе обороны у Джулги. Перед Армянском атакующие танки напоролись на густое минное поле и противотанковый ров, и, обходя их под сильным огнем, понесли большие потери — до 64% состава. На Ишуньских позициях рвы и ловушки тоже не дали танкам сразу выполнить задачу. К чести сапёров, они работали не покладая рук, за первые три дня боев сняв свыше 100 000 мин. А огнемётные танки в Армянске выжигали пехоту из укрытий, другие машины иногда просто давили ДЗОТы.
Ночью с 9 на 10 апреля во фланг и тыл немцам был высажен батальон 1271-го полка, сорвавший плавный отход к Ишуньским позициям. Германская оборона разваливалась. 10 апреля Захаров сформировал для армейского подвижного отряда танковую группу — один Т-34, четыре КВ-85 и восемь огнеметных ТО-34 (по другим данным, было 9 ТО-34). В артиллерийский отряд вошли два КВ-1С и пять Су-152. Подвижный отряд к 17 часам (до того восемь часов ожидая прорыва обороны) 12 апреля начал форсировать реку Чатырлык, за ночь совершил марш в 60 км и к 9 утра 13 апреля овладел Евпаторией.
Впереди лежал Крым.
Подготовлено по материалам сайта "Военное обозрение" (источник)