В современном обществе популярно мнение, согласно которому Советское руководство не знало о скором нападении немцев, а И.В. Сталин не верил донесениям разведки и перебежчикам, считая их провокаторами. На самом деле подобная версия событий была удобна в советские годы, чтобы оправдать поражения первых дней войны, в реальности же все обстояло совершенно иначе. Не поддаваться на провокации Было бы очень странным, видя как Гитлер, нарушая международные соглашения, поочередно захватывает страны Европы, не ожидать нападения на СССР. Особенно в рамках его преступных речей о неполноценности славянских народов, о которых в Кремле, разумеется, знали. Поэтому не готовиться к немецкому нападению просто не могли. Другое дело, что начала лета 1941 года, было, не известно будет ли Гитлер добивать Великобританию или двинется на СССР. Продолжение войны Берлина с Лондоном выглядело намного логичнее, нападения на огромный Советский Союз, чья армия незадолго до этого прошла боевую обкатку в Испании и Финляндии. Тем не менее, советская разведка с мая 1941 года регулярно информировала Сталина о переброске немецких частей к советской границе. Когда скопление немецко-фашистских войск достигло критической массы, начиная с 6 июня, начались регулярные обстрелы пограничных постов, а немецкая авиация чуть ли не ежедневно нарушала государственную границу. В данной ситуации только слепой не увидел бы подготовительной работы к вторжению. Однако советским войскам был дан приказ на провокации не поддаваться. Отдавая это распоряжение, И.В. Сталин преследовал простую и совершенно логичную цель: не дать Гитлеру обвинить Красную Армию в нападении на Вермахт первой, давая тем самым повод для объявления войны. Дело в том, что именно так поступил фюрер перед нападением на Польшу. Тем не менее, в день вторжения 22 июня 1941 года, Геббельс так и заявил по немецкому радио о том, что войска Вермахта перешли границу СССР, чтобы пресечь атаку Советских войск. Это, кончено, было полным враньем, но тем самым которого опасался Сталин.