К середине 1970-х годов у Дэвида Филиппа Веттера помимо телевидения и печатных СМИ побывали и многие знаменитости, даже члены королевских семей.
Часть 1 - Долгожданный наследник
Часть 3 - Coca-Cola и Король Микробов
Общественность задевало то, что к ребенку относятся как к экзотическому животному за стеклом. Каждый день мальчик, обуреваемый своими внутренними проблемами, вынужден улыбаться и демонстрировать напускную обходительность, встречая известных гостей.
Чем больше людей узнавало о жизни Дэвида, тем больше среди общественности поднимался шум негодования.
В университете Вирджинии было даже проведено масштабное обсуждение его ситуации, когда врачи и профессора размышляли над этикой воспитания ребенка в пузыре. Многие люди писали матери Кэрол о том, что она жестока из-за того, что держит сына пленником внутри пластика. Многие обвиняли ее в чрезмерной защите, контроле. Кто-то называл ее плохой матерью, отдавшей сына на эксперимент. Люди не видели ситуацию в целом и считали, что Дэвида держат в больнице как подопытную крысу в лабораторной клетке.
Многие считали, что Дэвид вполне может обойтись без своего пузыря, что это обычный ребенок, который отличается лишь тем, что болеет чаще других, а родители и врачи безосновательно держат его в плену, ограждая от внешнего мира. Они не знали, что от вдоха обычного воздуха Дэвид может погибнуть.
Но была и хорошая сторона освещения жизни Дэвида в СМИ. В 1977 году, когда Дэвиду было 6 лет, сотрудники НАСА, взяв за основу космические скафандры, изобрели герметичный скафандр стоимостью 50 000 долларов, чтобы мальчик смог, наконец, покинуть свой пузырь и очутиться во внешнем мире.
В день получения своего специального костюма в палату техасской больницы к Дэвиду приехали журналисты и ученые. Комната быстро наполнилось толпой незнакомых людей. Дэвид в тот день побоялся выйти из пузыря, ошарашенный таким пристальным вниманием. Это было слишком. Мальчик не верил в полную защиту костюма и опасался, что там затаились микробы. Когда все неизвестные Дэвиду люди покинули помещение, и он остался с родными, то только тогда он, наконец, покинул пузырь по специальной изолированной трубе, которая вела внутрь костюма.
Мать, наконец, смогла обнять сына впервые.
Тем не менее, он все еще был вынужден ходить по комнатам рядом со своим больничным пузырем, потому что костюм был прикреплен специальными трубами к машинам, которые поддерживали стерильность воздуха в нем.
Восторг Дэвида был неописуем, ему было интересно трогать все, что его окружало. Он видел сотни раз, как люди пользовались различными предметами, но сам никогда не прикасался к ним. Он хотел потрогать такие всем привычные предметы, как дверные ручки, полки, шкафы, раковину и кран.
Спустя несколько недель Дэвид привык к своему костюму. Он даже смог выходить на улицу и играть с сестрой и другими детьми. Он не мог отходить далеко и передвигаться быстро, как другие дети, из-за того, что костюм был присоединен, но у него, бесспорно, появились новые возможности, которых не было ранее.
Получение новых эмоций и даже новых действий смешивалось постоянно с чувством страха. Дэвид боялся, что костюм пропустит воздух, и его герметичность утратится. Он чувствовал себя в безопасности только в пузыре и поэтому, хоть ему и хотелось гулять, как другие дети, проще ему было находиться в пузыре. Он воспользовался своим костюмом всего семь раз за довольно длительный срок. Дэвид вырос из него, и в предоставленный костюм от НАСА уже большего размера он никогда не забирался.