Лет двадцать назад я побывал в Китае. Вошел в номер одной из пекинских гостиниц, по привычке сразу включил телевизор и увидел… что бы вы думали? Фильм «Москва слезам не верит» на китайском языке. Я почувствовал себя дома...
Мелодрама – самый демократичный жанр. Мелодраматические сюжеты понятны в любой стране мира. Недаром картина Владимира Меньшова, одна из немногих советских лент, удостоена «Оскара».
Она – о судьбах трех девушек, соседок по общежитию, приехавших в столицу «за счастьем», людей разной жизненной позиции; об их приобретениях и потерях, их ошибках и достижениях. Катя Тихомирова (Вера Алентова), не сумевшая поступить в институт, работает наладчицей на машиностроительном заводе. Людмила Свиридова (Ирина Муравьева) работает на хлебозаводе и мечтает удачно выйти замуж. Антонина Буянова (Раиса Рязанова) трудится на стройке вместе со своим женихом Николаем (Борис Сморчков).
Всё началось с будильника
Критики писали, что фильм «Москва слезам не верит» – о современной Золушке, которая прошла через много испытаний, но не сломалась, упорно шла в своей цели и в награду получила не только жизненный успех, но и личное счастье. Но если бы дело было только в этом, то вряд ли фильму сопутствовала бы такая слава. Секрет всенародного признания – в узнаваемости ситуаций, бытовых подробностях и точных характеристиках героев, в таланте и мастерстве создателей фильма.
Однако в процессе его создания не всё было так гладко.
«Дважды солгавшая» – так назывался сценарий, который драматург Валентин Черных написал для конкурса сценариев о Москве. Работа заняла у него 19 дней и заняла третье место. Но дальше дело не пошло – режиссеры не хотели браться за скучную, по их мнению, историю.
Так же считал и Владимир Меньшов, который тоже собирался отказаться от постановки – не хотел снимать мелодраму. Подкупил его всего один сценарный ход: главная героиня заводит будильник и в слезах засыпает, а просыпается через двадцать лет и идет будить взрослую дочь. Режиссер предложил сценаристу кардинально переработать материал, но тот отказался, и тогда Меньшов сам взялся за дело. В итоге вместо 60 страниц сценарий составил все 90, некоторые сюжетные ходы исчезли, а вместо них появились другие. Так, по сценарию, Катерина – депутат Моссовета – ведет прием избирателей. Режиссер убрал этот эпизод, а вместо него появился другой – визит Катерины в Дом культуры, директор которого организовала своеобразный клуб знакомств. Появились история спившегося хоккеиста Гурина и сцена с «поздновато начинающим» артисте Смоктуновском. Кстати, в первоначальном варианте была не «Неделя французских фильмов» со звездами советского кино, а прием в аргентинском посольстве и иностранные послы. И таких изменений было внесено множество.
Не сразу удалось найти исполнителей главных ролей. Впрочем, в этой картине нет ролей второстепенных – даже самые маленькие эпизоды запоминаются, как главные: не только директор клуба (Лия Ахеджакова), но и зам. начальника главка Круглов (Владимир Басов), и вахтерша в общежитии (Зоя Федорова), и мастер Михалыч на заводе (Владлен Паулус), и доктор наук на пикнике (Геннадий Ялович)… Всех не перечислишь.
Бытует мнение, что режиссер всегда предпочитает снимать в главных ролях жену-актрису. Но не так было в фильме Меньшова. Роль Катерины предлагали сыграть Анастасии Вертинской, Жанне Болотовой, Ирине Купченко, Валентине Теличкиной. И все они в один голос отказались – показалось неинтересно. Маргарита Терехова предпочла сняться в фильме «Д’Артаньян и три мушкетера». Прошла пробы Наталья Сайко, но, когда на роль Гоши утвердили Алексея Баталова, оказалось, что они плохо смотрятся вместе. И только тогда роль предложили Вере Алентовой, и она сыграла ее так, что была признана лучшей актрисой 1980 года по результатам опроса журнала «Советский экран».
Да и самого Баталова пришлось долго уговаривать – не видел он себя в образе слесаря-интеллигента. А ведь на эту роль пробовались такие актеры как Виталий Соломин, Вячеслав Тихонов, Олег Ефремов, Леонид Дьячков, но режиссеру они не подошли. Он даже собирался сыграть сам, но, увидев Баталова в фильме «Дорогой мой человек», понял: этот актер – тот, кто ему нужен.
Инна Макарова и Клара Лучко отказались от роли матери Рудольфа, и в результате ее блистательно исполнила Евгения Ханаева.
На роль Тоси худсовет утвердил Раису Рязанову – она показалась убедительнее Галины Польских, Людмилы Зайцевой, Натальи Андрейченко и Нины Руслановой, которые также проходили пробы.
Когда картину принимал худсовет «Мосфильма», все высказывались осторожно. И тут директор киностудии Н.Т. Сизов. Человек, далекий от сантиментов, он вдруг сказал: «А я думаю, что мы с этой картиной еще столько призов и народной любви поимеем». Опасались, правда, мнения В.В. Гришина, всесильного первого секретаря Московского горкома КПСС. Но тут картину посмотрел Л.И. Брежнев и пришел от нее в восторг.
Итог известен: фильм «Москва слезам не верит» в первый год проката посмотрели почти 90 миллионов кинозрителей и с неослабевающим интересом смотрят и поныне.
Через тернии к звездам
Начинается сюжет с крупной неудачи Катерины: ее не приняли в институт. На фоне титра «1958 год. Москва…» она идет по вечерним улицам, а из окон домов доносятся обрывки модных в то время песен. И первая из них – «Джамайка» в исполнении безумно популярного итальянского певца-вундеркинда Робертино Лоретти.
Его полное имя Роберто, но в историю он вошел под уменьшительным – Робертино, иногда даже без фамилии. Это был действительно уникальный ребенок. Родившись пятым в семье штукатура, он не имел возможности серьезно заниматься музыкой. И всё же с шести лет он был солистом церковного хора, а с восьми пел в хоре Римского оперного театра, и настолько успешно, что его отметил даже папа Иоанн XXIII. Когда ему исполнилось десять, его отец тяжело заболел, и мальчику пришлось зарабатывать. Он стал помощником булочника, разносил по домам и кафе готовую выпечку… и пел.
Вскоре владельцы кафе стали соперничать за право пригласить мальчика петь в их заведениях.
Толчок к будущей карьере юного певца дал голландский продюсер Сайр Вольмер-Сёренсен. Он в 1960 году был в Риме во время Олимпиады и услышал в его исполнении песню «O Sole mio». Он пригласил мальчика в Копенгаген, где вскоре состоялось его первое выступление в телешоу, а вслед за этим – и первая пластинка. А потом успешные гастроли по Европе и США. Так о Робертино узнал весь мир. Необычайно популярен он стал и в Советском Союзе, после того как на фирме «Мелодия» в 1962 году была выпущена его первая пластинка.
По мере взросления его голос начал «ломаться», постепенно превратившись из мальчишеского дисканта в баритон. Но Лоретти и сегодня продолжает певческую карьеру, хотя такого бешеного успеха, как в детстве, у него уже никогда не было.
Кстати, Робертино упоминается еще в одном известном фильме. Помните, «Я шагаю по Москве», снятый в 1963 году, эпизод в ГУМе. Покупательница спрашивает: «Робертино есть?» – «Нет». – «Почему?» – «Подрос…»
Но стоп! Мы помним начальный титр фильма «Москва слезам не верит»: «1958 год…» Значит, в то время в нашей стране о юном даровании еще не слышали! Но режиссер сознательно пошел на это допущение, ему важнее было передать атмосферу того времени, и мелкими деталями можно было пренебречь. И таких «нарушений» хронологии в фильме будет несколько.
Улица Горького, Тверская, Бродвей
Зато именно в 1958-м был открыт памятник В.В. Маяковскому на Триумфальной площади (с 1935 по 1992 год – площадь Маяковского). Интересна история его создания. Его авторы – скульптор А.П. Кибальников и архитектор Д.Н. Чечулин. Кибальников работал над проектом долго – шесть лет. Тщательно искали место для установки монумента, для чего изготовили деревянный макет в натуральную величину, который перемещали по площади, пока не нашли оптимального решения.
Памятник поэту сразу стал центром притяжения литературной и окололитературной молодежи. Здесь читали свои первые стихи Андрей Вознесенский – мы видим его на экране, – Роберт Рождественский, Евгений Евтушенко и другие представители «литературной фронды».
Кстати, стихотворение «Параболическая баллада», которое читал Вознесенский в кадре, было написано им в 1959 году, хотя действие картины, как мы помним, происходило годом раньше - еще одно допущение:
«Судьба, как ракета, летит по параболе / Обычно – во мраке и реже – по радуге. / Жил огненно-рыжий художник Гоген, / Богема, а в прошлом – торговый агент. / Чтоб в Лувр королевский попасть из Монмартра, / Он дал кругаля через Яву с Суматрой! / Унёсся, забыв сумасшествие денег, / Кудахтанье жен, духоту академий…»
«Ничего не поняла», – заметила Людмила, когда они с Катериной отходили от памятника. Без сомнения, Владимир Меньшов – человек с юмором.
Стихи здесь читали без обязательной тогда предварительной цензуры, что, конечно, не нравилось властям. А в период 1960–1961 гг. выступления становились всё более крамольными, среди их участников начали распространять «самиздат» – журналы и сборники «Бумеранг», «Коктейль», «Альянс», «Феникс», в которых печатались стихи, звучавшие на площади, и произведения запрещенных поэтов. Разумеется, власти не могли оставаться безучастными к этому рассаднику свободной мысли в самом центре Москвы. Участников этих собраний сначала предупреждали, студентов вызывали к руководству вузов, позднее дружинники начали задерживать «чтецов», сдавать их в милицию. В газетах начали появляться фельетоны о «Маяковке».
Самый серьезный конфликт разразился 14 апреля 1961 года, после полета в космос Ю.А. Гагарина. В эти дни по всей Москве проводились народные гуляния. На площади Маяковского собралось огромное количество людей, большинство которых оказались здесь случайно. И тут начались чтения. Сотрудники милиции набросились на их участников. Началась драка, которая переросла в гигантское побоище. Вскоре после этих событий собрания были прекращены. Но они остались одним из символов Москвы периода «оттепели». Не случайно режиссер включил этот эпизод в свою картину.
Катя с Людмилой идут по Тверской улице (в то время улица Горького), проходя мимо очень интересных витрин. На одной из них – табличка с рекламным слоганом: «Всем давно понять пора бы, как вкусны и нежны крабы», – а под ней целая пирамида из банок с дарами моря. Судя по рекламе, они в то время не только не были дефицитом, людей еще надо было уговаривать купить этот деликатес. А перед крабами – лоток с черной икрой. Хоть ложкой ешь!
В это трудно поверить, но в те годы икра тоже отнюдь не была дефицитом: в любом продовольственном магазине ее продавали на вес. Производили икру в двух вариантах: зернистую и паюсную, так что было бы логично, если бы в витрине стояли два лотка. Зернистая икра состояла из отдельных икринок и до денежной реформы 1961 года продавалась, насколько помнится, по 110 рублей на килограмм, паюсная представляла собой прессованные икринки. Она была «твёрже» зернистой, но обладала особым вкусом, и некоторые знатоки ценили ее выше, чем зернистую. Но, несмотря на это, стоила она дешевле – 90 рублей. Конечно, это было недешево, но позволить себе такое угощение могла любая московская семья. А в 1979-м, когда снимали фильм, ни икры, ни крабов купить было невозможно, как не было и многих других, вовсе не деликатесных продуктов.
Эта витрина несколько сбивает логику киноповествования. Помните, несколько позже герой Владимира Басова принесет к столу большой дефицит, который в начале фильма… горой возвышается на витрине?!
Впрочем, для нас, нынешних, эта информация вряд ли актуальна, но по другой причине. Черная икра, это исконно русское угощение, уже давно недоступна для подавляющего большинства наших сограждан. Помните реплику Верещагина из фильма «Белое солнце пустыни»: «Опять эта икра… Хоть бы хлеба достала!» Эта фраза всегда вызывала горестный стон кинозрителей.
Но мы пока на Тверской. А точнее – у дома 27 строение 2. У этой самой витрины к девушкам подошли два парня, хотели познакомиться, но Людмила их «отшила». А на вопрос Кати, почему, ответила: «Лимитчики, вроде нас с тобой, за версту видно». Лимитчик. Наша молодежь даже не знает значения этого слова. Оно появилось как раз в 50-е годы, когда в Москве не хватало рабочих рук, и предприятиям давали лимит на прописку иногородним рабочим. Обитали они, конечно, в общежитиях. И мечтали стать москвичами, прилагая для этого все усилия. Некоторые, как Людмила, стремились удачно жениться или выйти замуж. А иные даже устраивали за деньги фиктивные браки. Поженятся, через месяц разведутся. А прописка останется!
Сейчас это слово из нашего языка исчезло, как и большинство крупных промышленных предприятий в столице. Зато появилось другое, пришедшее к нам из немецкого языка: гастарбайтеры.
А знаете, как прозвали эту улицу после Всемирного фестиваля молодежи и студентов 1957 года? Бродвей! Это было излюбленное место молодежной тусовки, как сказали бы сегодня. Жизнь здесь «била ключом». По вечерам многочисленные кафе и рестораны на улице Горького были переполнены (это хорошо показано в фильме Валерия Тодоровского «Стиляги»). А для интеллигентной публики существовали другие, культурные развлечения. Свидетелями одного из таких мероприятий стали Катя и Людмила во время своей прогулки.
«Поздновато начинаете!»
Фестиваль французских фильмов в Доме кино. По ступеням поднимаются кумиры советских зрителей. Девушки с восторгом встречают Конюхову, Юматова, фурор вызывает появление кумира публики – Харитонова (называю без имен – именно так зовут персонажей фильма в отличие от реальных актеров). Юматов подходит к одному из присутствующих и обещает вынести ему пропуск. «А вы что, тоже актер?» – спрашивает его Катя. «Да, начинающий». «Поздновато начинаете», – съязвила Людмила. «А как ваша фамилия?» спросила Катя. «Смоктуновский» – последовал ответ, и девушки недоуменно пожали плечами.
Этот эпизод возник в фильме не случайно. Где-то в шестидесятых годах Владимир Меньшов побывал в одной квартире, где собирались студенты Школы-студии МХАТ. И вдруг незнакомый парень взял гитару и начал петь: «Сегодня в нашей комплексной бригаде прошел слушок о бале-маскараде..» Это был никому тогда неизвестный Владимир Высоцкий. Меньшов вспомнил этот случай и по-своему интерпретировал его в фильме, соединив его с судьбой Иннокентия Смоктуновского. Участник Великой Отечественной, бежавший из немецкого плена, он считался «неблагонадежным», и хотя не был осужден, но получил от родного государства «минус 39» – запрет на проживание в 39 крупнейших городах страны. И потому актерскую карьеру начал в Норильском заполярном театре драмы. Первый приезд в Москву в 1955 году оказался неудачным – в театры его или не брали, или предлагали маленькие, проходные роли. И только в 1957 году, после того как он сыграл князя Мышкина в спектакле «Идиот» у Г.А. Товстоногова в БДТ, актер «проснулся знаменитым». Ему было 32 года.
Потом были «звездные» роли в кино («Девять дней одного года», «Гамлет», «Берегись автомобиля», «Чайковский», «Преступление и наказание»…), но на театральную сцену Смоктуновский вернулся только в 1971-м – уже в Москве. Играл на сцене Малого театра, а позже МХАТ.
А теперь вернемся к Дому кино. Правда, знатоки могут попенять авторам фильма, что Дом кино находится на Васильевской улице, а в его «роли» снялся Государственный театр киноактёра на Поварской, 33. Это уникальный театр, первое в мире постоянно действующее объединение киноактеров. Здание, построенное в 1931–1935 гг., сначала предназначалось для Центра культуры политкаторжан. Театр-студия киноактера – так он тогда назывался – был организован в 1943 году, а первые спектакли показал зрителям в 1946-м.
Но в фильме «Москва слезам не верит» нет никакой натяжки. В 1957 году Театр-студия киноактера была ликвидирована, а здание передали Дому кино. Интересно, что именно здесь проходило известное собрание писателей, итогом которого стало исключение Бориса Пастернака из профессионального Союза. И только в 1969 году сюда вернулся Театр киноактера.
«Трудовые будни – праздники для нас»
Сегодня мало кто помнит «Марш коммунистических бригад» – написанный композитором А.Новиковым на слова поэта В.Харитонова. А полвека назад эта песня лилась из репродукторов во время всех коммунистических субботников и первомайских демонстраций. Особенно вдохновляюще звучал припев:
«Сегодня мы не на параде, / Мы к коммунизму на пути. / В коммунистической бригаде / С нами Ленин впереди!»
Появилась она как раз в 1958 году, когда происходит действие фильма «Москва слезам не верит». Мы не случайно вспомнили эту песню. Ведь все наши героини ударно трудились на своих рабочих местах, и им наверняка приходилось часто слышать ее.
На первом месте, конечно, Катя Тихомирова – передовая работница, работавшая штамповщицей, а потом овладевшая сложной и ответственной профессией наладчицы на машиностроительном заводе.
Снимались эти эпизоды в цехе ныне не существующего Автозавода имени Ленинского комсомола – знаменитом когда-то АЗЛК, выпускавшем автомобили «Москвич». Он был построен при участии компании «Ford» под названием «Государственный автосборочный завод имени Коммунистического Интернационала Молодёжи» (КИМ). Сборочное производство здесь было начато в 1930 году и продолжалось почти 70 лет. Сначала здесь собирали автомобили марки «Ford», но потом завод стал филиалом Горьковского автозавода и начал производить машины ГАЗ-А и ГАЗ-АА – знаменитую «полуторку», прошедшую всю войну.
В 1939 году завод вывели из состава ГАЗа и превратили в самостоятельное предприятие – «Московский автомобильный завод имени КИМ». В 1940 году с его конвейера сошли первые малолитражные автомобили марки «КИМ». За образец для них взяли германские машины марки «Opel», специально закупленные для этого в Германии и несколько модернизированные. Правда, до войны успели выпустить всего 16 машин, и возобновили их производство только в 1947 году под названием «Москвич-400» («Москвич-401»). Именно на такой разъезжал Николай, жених Тоси (Борис Сморчков). Предприятие в это время называлось Московский завод малолитражных автомобилей (МЗМА).
Самыми успешными для завода были 50–60-е годы, когда было выпущено целое семейство «Москвичей» разных модификаций. Сейчас в это трудно поверить, но эти машины поставлялись даже на экспорт и участвовали в международных ралли. Одной из самых удачных моделей был признан Москвич 407. На Всемирной выставке автомобилей в Брюсселе в 1958 году «Москвич-407» и «Москвич-423» были удостоены дипломов и золотых медалей. И в последующие годы завод выпустил целый ряд удачных и пользовавшихся спросом моделей машин.
Переломными для АЗЛК стали конец 80-х – начало 90-х. В 1986 году была запущена в серию новая модель – «Москвич-2141». Для нее на заводе был специально разработан новый двигатель, закуплено оборудование для его производства. Но экономический кризис 1990-х и неспособность завода вернуть огромные долги привели к тому, что практически все новые разработки были прекращены, а в 1996 году конвейер остановлен. Попытки реанимировать предприятие, перейти на выпуск дорогих автомобилей «бизнес-класса» закончились неудачей. Но не это стало причиной окончательной гибели предприятия. Дефолт 1998 года практически лишил его оборотных средств. К концу 2001 году производство автомобилей было прекращено, а в 2006 завод официально признали банкротом.
Вот такая печальная и далеко не единичная история.
Другая «лимитчица», Людмила, работала на хлебозаводе. И мы тоже знаем, на каком: на Хлебозаводе имени В.П. Зотова – он был одним из организаторов массового строительства хлебозаводов в Москве, впоследствии нарком пищевой промышленности. Здание в стиле конструктивизма было построено в 1931 году по проекту архитектора А.С. Никольского и инженера Г.П. Марсакова и имело оригинальную круглую форму. Его главная конструктивная особенность состояла в том, что конвейер в виде спирали спускался с третьего этажа, где замешивали тесто, до первого, где получались батоны и булки. Именно на этом завершающем участке и трудилась Людмила.
Высокотехнологичное производство, квалифицированный коллектив, разработка вкусных и полезных сортов хлебобулочных изделий и выпечки обеспечивало бесперебойный потребительский спрос. Но и тут всё закончилось печально. В 2003 году предприятие было акционировано, а спустя четыре года на его территории произошел крупный пожар, и работа была остановлена. Сегодня на территории завода реализуется проект многофункционального жилого и делового центра.
«Москва – большая лотерея», – уверена Людмила. И знает, как выиграть в этой лотерее: удачно выйти замуж. А где можно встретить достойного мужчину? Например, в Ленинской библиотеке, где собираются интеллигентные, образованные и «остепененные», а значит, состоятельные. И Людмила после работы едет в «Ленинку».
Сейчас бы она искала жениха в элитных клубах или на деловых приемах. А в то время были другие приоритеты, и «кузницей женихов» девушка считала научную библиотеку. Где, как не в тишине читальных залов, можно поймать свою удачу – познакомиться с каким-нибудь профессором или доцентом, выйти за него замуж и всю жизнь как сыр в масле кататься! Мечты, мечты…
Людмила спускается в метро на «Новослободской». Эта станция не похожа ни на одну другую в Москве. На тот момент сравнительно новая, 1952 года постройки, она богато украшена яркими витражами, подсвеченными изнутри.
Кольцевая линия московского метро, в состав которой входит «Новослободская», в первоначальные планы не входила – считалось, что достаточно построить радиальные. А когда поняли, что пересадочные узлы в центре столицы не справятся с потоком пассажиров, решили пустить поезда по кольцу. Сначала собирались построить его под Садовым кольцом. Потом проект изменили, отодвинув линию гораздо дальше от центра – через Калужскую и Серпуховскую заставы, Лефортово, Ржевский (Рижский) и Савеловский вокзалы, Динамо, Красную Пресню… И только в 1941 году ее запланировали построить там, где она проходит ныне.
«Новослободскую» проектировали на конкурсной основе. Член-корреспондент Академии архитектуры СССР, дважды лауреат Сталинской премии А.Н. Душкин пригласил начинающего архитектора А.Ф. Стрелкова совместно разработать проект в сказочном, декоративном стиле. Яркие витражи, придающие станции неповторимый облик, были выполнены по эскизам художника П.Д. Корина. Может быть, они и побудили режиссера именно здесь организовать встречу Людмилы с ее будущим мужем, хоккеистом Гуриным (Александр Фатюшин) – ведь к ее работе ближе «Белорусская», открытая тоже в 52 году, или «Краснопресненская», которая на два года моложе, но они не такие яркие, как «Новослободская».
Интересно, что, войдя здесь в вагон и проехав всего одну остановку, Людмила и Сергей оказываются… на станции «Охотный ряд», находящейся совсем на другой, радиальной линии в самом центре Москвы. Но зато эта станция расположена ближе к вожделенной «Ленинке».
Антонина вместе с женихом работает на одной из многочисленных московских строек – ведь это был период массового жилищного строительства и появления так называемых «хрущевок». Отыскать эти объекты казалось невозможно – такие одинаковые безликие здания можно было встретить в любом из «спальных» районов Москвы. Но пользователям Интернета удалось и это. Похоже, снимали на строящемся тогда Новоясеневском проспекте – его возводили в конце 70-х на месте села Ясенево, давшего название новому московскому району.
Высотка: собирательный образ
Три подруги были соседками по общежитию. Кстати, тут есть небольшая странность. Ведь общежития в те годы принадлежали или предприятиям, или учебным заведениям. Так что девушки, работающие в разных местах, вряд ли могли жить в одной комнате. Но не будем слишком строги, спишем этот факт на неизбежную степень художественного допущения.
И вдруг оказалось, что у Кати есть дальний родственник-профессор, который, уезжая в отпуск, предложил девушке переселиться на время в сталинскую высотку на площади Восстания (ныне Кудринская). Разве могла Людмила упустить такой шанс? «Переезжаем вместе», – заявила она Кате. Так в шикарной квартире появились две «сестры-студентки» – одна Химико-технологического института, другая медицинского, факультета психиатрии. Этот переезд сыграл роковую роль в судьбе обеих.
Строго говоря, в фильме снялись не одна, а две «высотки» – на Кудринской площади и Котельнической набережной: ее вестибюль показался режиссеру более соответствующим замыслу. Но фасад здания и интерьер квартиры принадлежат дому на Кудринской.
Обе эти высотки входили в число восьми, которые планировалось возвести в Москве к 800-летию столицы. Но построили только семь.
Интересно, почему для них была выбрана именно такая, пирамидальная форма. С одной стороны, она как бы повторяет форму башен Московского Кремля, придавая облику столицы неповторимый колорит. А с другой… Рассказывают, что архитекторам было категорически запрещено пользоваться иностранными источниками, посвященными высотному строительству в США и Европе. И им поневоле приходилось «изобретать велосипед», причем наши изобретения порой превосходили мировые. В частности, долго думали над тем, как избежать раскачивания верхних этажей, ведь было известно, что в первых американских небоскребах при сильном ветре качались люстры и плескалась вода в графинах. Упрочнение каркаса здания проблему не решало. И тогда вспомнили о том, что одна из самых устойчивых конструкций здания – пирамидальная, это известно еще со времен древнего Египта. В результате были достигнуты лаконичная красота и стройность «высоток».
Эти здания задумывались как свидетельство успехов государства рабочих и крестьян. Но ни тех, ни других сюда не поселяли – квартиры в них отводились в основном для советской «элиты». Так, небоскреб на Баррикадной прозвали домом авиаторов – здесь жили преимущественно видные деятели авиационной промышленности и летчики-испытатели: учёный-механик, занимавшийся в долги годы аэродинамикой, Г.Г. Черный; начальник Летно-испытательного института им. Громова Н.С. Строев; летчик-испытатель Б.К. Галицкий. Проживали здесь также чемпион мира по шахматам В.В. Смыслов и советский хоккеист Н.М. Сологубов.
Дом же на Котельнической набережной заселяли в основном видные деятели литературы и искусства: писатели и поэты А.Т. Твардовский, В.П. Аксенов, Е.А. Евтушенко, А.А. Вознесенский, композиторы А.Г. Новиков, Н.В. Богословский, Ю.С. Милютин, артисты М.И. Жаров, П.В. Массальский, Л.Н. Смирнова, К.С. Лучко…
Представляете себе девчонок из общежития, оказавшихся в элитном столичном доме! Людмила, конечно, воспользовалась случаем, чтобы собрать в шикарной квартире потенциальных женихов. Среди них и уже знакомый нам хоккеист Гурин, и пожилой, но молодящийся Антон, зам. начальника главка, и человек экзотической в то время профессии – телеоператор Рудольф (Юрий Васильев). Именно с ним будет связана главная драма в жизни Катерины. Он, правда, потом окажется Родионом, но в то время в моде были иностранные имена. «Больше всего на свете я люблю статных мужчин, пирог с яблоками и имя Ролан», – бессмертный Чехов!
«Одно сплошное телевидение!»
Они сразу понравились друг другу – «профессорская дочка» с шикарной квартирой и статный красавец-телевизионщик, элегантный, умеющий ухаживать… А как здорово он рассказывал о своей профессии: «Через двадцать лет ничего не будет – ни кино, ни театра, ни книг, ни газет – одно сплошное телевидение». И как же близок был к истине!
Будто в подтверждение этой мысли в объектив кинокамеры попадает телевизор «Ленинград Т-2». Их выпускали с 1949 года на ленинградском заводе им. Козицкого и одновременно в Восточной Германии (впоследствии ГДР), на заводе «Заксенверк». Один из опытных образцов был послан лично И.В. Сталину. Очень интересный аппарат – прежде всего тем, что это «комбайн». Хочешь – смотришь телепередачу. Надоело – закрыл экран шторкой и слушай радио. Решил с гостями потанцевать – открыл верхнюю крышку, а там электропроигрыватель для пластинок. Понятно, что такой телевизор могли себе позволить только достаточно обеспеченные люди – такие, например, как профессор Тихомиров из фильма «Москва слезам не верит».
Рудольф пригласил Катю на съемку популярной телевизионной передачи «Голубой огонёк». Правда, впервые она была показана 6 апреля 1962 года (а ведь помните – действие фильма относится к 1958-му!) и в короткое время стала в Советском Союзе поистине всенародно любимой. Сначала она называлась «Телевизионное кафе», потом «На огонек», «На голубой огонек» и, наконец, «Голубой огонек». Это был для тех лет очень необычный формат – в студии собирались видные ученые и артисты, космонавты и передовики производства. Рассказы о трудовых успехах перемежались выступлениями певцов, танцоров, музыкантов. Ведущими были дикторы Центрального телевидения, которые создавали в студии домашнюю, непосредственную атмосферу. И при этом в первые годы программа шла в прямом эфире, что придавало происходящему на экране особую достоверность. Представляете, каким мастерством должны были обладать создатели передачи, чтобы избежать «накладок»!
А началось всё с сухого документа – с Постановления ЦК КПСС «О дальнейшем развитии советского телевидения». В нем говорилось, что телевидение является «важным средством коммунистического воспитания народных масс в духе марксистско-ленинской идейности и морали, непримиримости к буржуазной идеологии». В 1962 году главному редактору музыкальной редакции позвонили из ЦК КПСС и попросили придумать музыкально-развлекательную программу. Но как это сделать, как объединить развлечение и воспитание зрителя в духе марксизма- ленинизма? За эту трудную работу долго никто не хотел браться. Пока, по рассказам, в коридорах телецентра кто-то не встретил молодого сценариста Алексея Габриловича и предложил ему придумать такую передачу. Тот согласился и… забыл об этом. Но через некоторое время его вызвали к телевизионному начальству и потребовали представить готовую идею. Пришлось сочинять на ходу. А поскольку накануне Габрилович в компании друзей «заседал» в ресторане, он и предложил снимать передачу в форме кабачка, куда актеры приходят после вечерних спектаклей и рассказывают забавные истории.
«Голубой огонек» стал передачей-долгожителем. Он выходил в эфир почти двадцать лет – сначала по выходным, потом по праздникам – и пользовался неизменной популярностью. В конце 90-х его попытались реанимировать на телеканале «Россия», но без особого успеха – всё-таки время было уже другое. Зато сегодня по разным каналам выходит развлекательные передачи, в которых используются приемы тех самых «Голубых огоньков».
Гоголевский бульвар – вчера, сегодня, завтра
И, наконец, случилось то, что не могло не случиться: Катя узнала, что беременна. Но тут ее обман раскрылся, и Рудик сразу потерял интерес к бывшей возлюбленной. Их трудный разговор состоялся на Гоголевском бульваре.
Его любят режиссеры. Видимо, очень киногеничное место. Стороны бульвара напоминают берега – один высокий и крутой, другой – пологий. Это и были берега ручья Черторый, который обтекал стену Белого города. Он брал свое начало из Козьего болота в районе Патриарших прудов и через два километра впадал в Москву-реку. Его название связывают с понятием «быстрый поток, прорывший себе ложе» («как будто черт рыл»). В XIX веке ручей – один из первых в Москве – заключили в трубу.
Владимир Меньшов снял на Гоголевском бульваре два эпизода, две встречи Кати и Рудольфа-Родиона – в 1958-м году и 20 лет спустя.
Свое имя бульвар получил в 1924 году, во время празднования 115-летия Гоголя. А до этого был Пречистенским – в честь церкви Пречистыя Богородицы Смоленской, находящейся на территории Новодевичьего монастыря. К 1780 году стены Белого города разобрали, а на их месте решили разбить бульвары – это было отражено в перспективном плане развития города от 1775 года. Но пока «раскачивались», освободившееся место начали застраивать предприимчивые представители московской знати и купечества. Не правда ли, знакомая и нам картина? Но власти всё-таки настояли на своем: «самострой» снесли, начали обустраивать зеленую зону, над ручьем построили каменные мосты, а по берегам появились дома именитых горожан.
По аллеям Гоголевского бульвара прогуливались А.С. Пушкин и С.М.Третьяков, П.И.Чайковский и А.И.Герцен. Бывал здесь Федор Шаляпин. В одном из домов жил Василий Сталин, в другом за несколько дней до смерти сжег свои рукописи Н.В. Гоголь.
Примечательный дом с колоннами виден за спиной наших героев. Они, увлеченные беседой, его не замечают, а мы присмотримся внимательнее. Гоголевский бульвар, дом 10.
По мнению многих исследователей, этот особняк был построен на территории усадьбы Нарышкиных в конце VIII века. Проектировал здание М.Ф. Казаков, но после 1812 года фасад был перестроен.
Здесь собирались члены тайного общества декабристов. Отсюда же в январе 1826 года уводили арестованных М.М. Нарышкина и И.И. Пущина.
Главная отличительная черта здания – шестиколонный портик в коринфском стиле. Надпись на его фронтоне сегодня выглядит несколько странно: «1830 года». В это время усадьба перешла в ведение Удельной конторы – местного отделения Удельного ведомства, осуществлявшего управление государственным имуществом. Помимо выполнения основных функций, она служила своеобразным культурным центром. Здесь проходили литературные и музыкальные вечера, на которых бывали А.Н. Островский, А.Ф. Писемский, А.Н. Плещеев, А.А. Фет, Я.П. Полонский, Н.Г. Рубинштейн. В доме останавливался И.С. Тургенев.
После революции 1917 года здание Удельное ведомство было ликвидировано, его имущество национализировано. В 1969 году после реконструкции в здании разместилось руководство Московского союза художников. Сейчас в нем располагается Государственный музей современного искусства Российской академии художеств.
Сегодня эпизод объяснения Катерины и Рудольфа на этом месте вряд ли удалось бы снять. Помешал бы… памятник М.А. Шолохову, установленный 24 мая 2007 года. Его авторы – скульптор А.И. Рукавишников и архитектор И.Н. Воскресенский – представили его сидящим в лодке, которая плывет по водам Тихого Дона. Позади него видны головы лошадей, будто погруженных в водную пучину. По замыслу авторов, по наклонной плоскости круглый год должна была стекать вода, создавая впечатление, что лошади плывут по речной глади. Для этого была специально спроектирована система подогрева. Но задумка не удалась, и теперь лошадиные головы просто торочат из бетона. Москвичи, не склонные к патетике, прозвали композицию «Дед Мазай и зайцы». Зимой дети лепят из снега зайцев и сажают в лодку писателя. А у некоторых это сооружение вызывает более мрачные ассоциации – с «мясокомбинатом» или «кладбищем домашних животных».
И вот свершилось! Катерина появляется на крыльце роддома с маленькой дочкой на руках. И пока ее встречают верные подруги и муж Тоси Николай, повнимательнее приглядимся к самому роддому. Попробуем определить, где он находится. Проще простого – роддом №25. А по номеру легко установить его адрес – улица Фотиевой, 6! И тут никакого обмана! В фильме показан именно этот роддом – удостовериться может любой желающий.
Интересно, что открыт он был именно в 1958 году, когда происходило действие фильма, так что Катерина оказалась одной из первых, кто воспользовался его услугами. С марта 2014 года родильный дом вошел в состав ГКБ №1 им. Н.И. Пирогова и стал её филиалом.
А куда же идти Кате с ребенком? Разумеется в общежитие! Антонина и Людмила вышли замуж и уехали, и Катерине выделили их бывшую общую комнату в единоличное пользование. Именно здесь и отпраздновали день рождения «новой москвички Александры Александровны Тихомировой». И здесь же впервые «сорвался» и выпил Сергей Гурин.
Катерина работает и учится, а тут еще ребенок… До поздней ночи готовит, стирает и сидит за учебниками. Наконец, обессиленная, в два часа ночи в слезах засыпает, поставив будильник на половину пятого утра. Так заканчивается первая серия.
Двадцать лет спустя
Фильм «Москва слезам не верит» сделан в лучших традициях жанра. Зрители, посмотрев его, были готовы лить слезы вместе с Верой Алентовой. А вот худсовет «Мосфильма» ни одной слезинки не проронил. «Упадническая дешевенькая мелодрама, эксплуатирующая низменные чувства зрителей», – говорилось на заседании. Этот жанр вообще в советские времена был не в чести. «Мелкотемье» – вот еще одно определение для подобных произведений. И потому, принимая картину, ей присвоили третью, низшую категорию, что означало весьма ограниченный прокат.
Но жанр остается жанром, и Владимир Меньшов выдерживает его во всем. Самые трудные годы героини остаются за кадром, и мы снова встречаемся с ней двадцать лет спустя. Переносимся из Москвы 50-х в Москву 70-х. Многое изменилось в жизни Катерины. Она – директор комбината, депутат Моссовета. У нее хорошая квартира, машина. Дочь выросла. И всего этого героиня достигла сама. Вот только счастья нет. Об этом она говорит подруге. Антонина: «Мы своим ребятам всегда тебя в пример ставим. Всего, чего хотела, добилась». Катерина: «Это верно. Только ты пока своим ребятам не рассказывай, что, когда всего добьешься в жизни, больше всего волком завыть хочется».
Утро. У Катерины оно проходит «на бегу»: быстренько вскочить, позавтракать, не без труда разбудить дочь и мчаться на работу. Хорошо, что хоть избавлена от езды на общественном транспорте, а «пробок» в Москве 70-х еще не наблюдалось. На площадке у дома хозяйку ждут собственные «Жигули» самой новой для того времени модели – ВАЗ-2103. Эти машины выпускали, начиная с 1970 года, на специально построенном Волжском автомобильном заводе. Прототипом для машин этого семейства стал уже устаревший к тому времени Fiat-124. Планировалось продавать их не только в Советском Союзе, но и по всей Восточной Европе. Однако для экспортного варианта название «Жигули» не подошло: оно был труднопроизносимым для иностранцев, к тому же ассоциировалось с сомнительным понятием «жиголо» – наёмный партнёр для парных танцев (а сегодня еще и мужчина-проститутка). И потому для продажи на внешнем рынке им присвоили название «Lada».
Заведя мотор своих «Жигулей», Катерина прислушалась – что-то вызвало ее сомнение. Что именно – поймем чуть позже. А пока переместимся в другую точку – туда, где работала повзрослевшая, но не избавившаяся от иллюзий Людмила. Вот она, химчистка на улице Алабяна. Людмила – типичная советская приёмщица. «Пятна не отчищаются. Аккуратнее носить надо!» – парирует она претензию клиентки. Сейчас, конечно, к клиентам относятся внимательнее. А тогда нужно было очень понравиться работнице сферы услуг, чтобы услуга понравилась вам... Тон Людмилы разительно меняется, когда она видит красивого генерала – она вежлива и предупредительна. Но тут появляется жена генерала, и Людмила тут же мрачнеет: «С бумагой в стране напряжёнка», – отвечает она на просьбу получше завернуть костюм.
И ведь не врёт! В стране с самыми богатыми лесными пространствами, с развитой лесодобывающей и деревообрабатывающей промышленностью ощущалась постоянная нехватка бумаги – любой, в том числе обёрточной. Полиэтиленовых пакетов в то время не выпускали, и, к примеру, кусок мяса в магазине продавец порой заворачивал так, что бумага даже не могла покрыть его целиком.
А почему мы решили, что эта химчистка находилась именно на улице Алабяна? Иногда помогают детали, которые появляются на экране на одну-две секунды. Когда Людмила наблюдает из окна за удаляющимся генералом и его женой, на противоположной стороне улицы видим жилой дом – №12 по улице Алабяна с очень характерной башенкой.
Недавно эта улица стала частью Северо-Западной хорды, которая соединила Сколковское, Можайское, Рублёвское, Звенигородское, Ленинградское, Волоколамское и Дмитровское шоссе, пройдя по территории четырёх административных округов – Западного, Северо-Западного, Северного и Северо-Восточного. Однако идея такого строительства возникла не вчера. Еще в 1971 году она появилась в генплане развития Москвы. Однако реализовать этот проект тогда не удалось, и вернулись к нему только в 2011-м, когда было принято решение отказаться от строительства 4-го транспортного кольца.
Всего таких автострад планируется построить четыре. Они должны послужить альтернативой кольцевой структуре московских дорог и разгрузить центр столицы и уже имеющиеся кольца – Садовое, Третье транспортное и МКАД.
Белый Дом. Задолго до ГКЧП
Место работы Катерины мы искать не будем – эпизод снимали в Клину. А вот место, куда она направилась после работы, найдем. Дворец культуры имени Горбунова – легендарная «Горбушка», которая долгие годы была главной рок-площадкой Москвы, правда, уже после съемок фильма «Москва слезам не верит».
Он был построен в 1938 году в стиле конструктивизма и назван в честь директора московского авиационного завода №22 С.П. Горбунова. В нем располагались киноконцертный и лекционный залы, библиотека с читальным залом, помещения для занятий спортом и кружки по интересам. Сюда приезжали со своими спектаклями многие московские театры, здесь выступали мастера художественного слова и эстрадные коллективы.
В 80-е годы во Дворце выступали авторы-исполнители из клубов самодеятельной песни, а позднее – первые рок-музыканты. С 2012 года в здании работает первый в России Театр мюзикла, а в левом его крыле располагается Институт современного искусства.
Завклубом (Лия Ахеджакова) рассказывает депутату Моссовета об успехах в его работе, жалуется на трудности. Выясняется, что Ольга Павловна организовала во вверенном ей учреждении что-то вроде клуба знакомств. И подходит к этому делу вполне по-советски. «Вам, например, известно, сколько в стране одиноких людей? Ведь это угрожающая цифра! … Падает рождаемость, алкоголизм возрастает, и всё это отражается на производительности труда. В конечно счете, одинокий человек неполноценно трудится!» – делится она с Катериной. Вот примерно так определялась ценность каждого человека – может ли он трудиться с полной отдачей. Оказывается, самая главная проблема – нехватка мужчин, потому что одиноких женщин больше, чем одиноких мужчин, и с этим надо что-то делать. Альтруизм Ольги Павловны почти безграничен: она даже готова отдать незамужней Катерине свой «резерв» – работник главка, всего 53 года…
И ведь Ольга Павловна здорово рискует: брачные конторы в то время были под запретом, и ее вполне могли обвинить едва ли не в сводничестве. Кстати, подобная тема затрагивалась в другом фильме – «Одиноким предоставляется общежитие», героиня которого наладила «знакомства по переписке» для своих подруг по женскому общежитию.
А потом Катерина встречается с любовником. Вальяжный Володя ждет ее, опершись на парапет, с трубкой в зубах, и читает любимое издание интеллигенции – еженедельник «За рубежом».
За его спиной – недавно построенное здание Дома Советов РСФСР (архитекторы Д.Н. Чечулин и П.П. Штеллер). Идея возвести на этом месте помпезное здание, которое могло бы поспорить по габаритам и красоте со сталинскими высотками, зародилась еще в начале 60-х. Строительство шло почти 14 лет. От нынешнего облика его отличает то, что на его башне вместо герба РФ в то время были часы. В советское время в здании размещались Комитет народного контроля и Верховный Совет РСФСР.
Дому Советов была уготована драматическая судьба, о которой герои фильма «Москва слезам не верит», конечно, не догадывались.
В августе 1991 года здесь располагался своего рода штаб сопротивления путчистам, который затеяли вице-президент Геннадий Янаев с другими высокопоставленными должностными лицами СССР – главой КГБ, министром обороны, министром внутренних дел и другими. Путчисты блокировали на крымской даче в Форосе президента СССР М.С. Горбачева и объявили о создании Комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП). С этим не согласились в Верховном Совете РСФСР и призвали народ к сопротивлению. И тогда тысячи людей стали собираться у стен Белого Дома (так его прозвали в те дни). У путчистов не хватило решимости захватить Дом Советов с помощью военных, что повлекло бы огромные жертвы. И путч провалился. Но это повлекло за собой распад СССР.
А через два года здесь снова развернулись трагические события. Теперь уже возникло противостояние между Верховным Советом РФ и президентом России Б.Н. Ельциным. На этот раз без большой крови не обошлось. Попытка сторонников Верховного Совета захватить телецентр в Останкино и последовавший за этим обстрел Белого Дома из танков вошли черными страницами в историю новой России.
После этих событий в Белом Доме стало заседать Правительство Российской Федерации. Здание отремонтировали. Интересно, что на его реставрацию ушло больше средств, чем было затрачено на строительство.
Володя сел за руль машины Катерины и прислушался. «У тебя кардан стучит, – заметил он. – Сдавай в ремонт, а то дело плохо кончится». Вот тут мы возвращаемся к эпизоду, когда Катерина прислушивалась к работе мотора. Правда, машина при этом стояла на месте. Но ведь карданный вал – механизм, передающий вращение от мотора к колесам, и если машина не едет, стук кардана услышать невозможно. Вот это женская интуиция!
«Как долго я тебя ждала»
Встреча Катерины со слесарем-интеллигентом Гошей и пришедшая, наконец, к ней любовь – второй поворотный момент в ее жизни.
Эту историю мы все хорошо помним. Нас же интересует еще только один объект съемок.
После схватки с хулиганами Гоша и Александра идут по Тверскому бульвару мимо здания «нового МХАТа». Это здание было построено в как раз 70-е годы, когда происходит действие фильма. Основанный в 1898 году К.С. Станиславским и В.И. Немировичем-Данченко Московский художественный театр первоначально назывался Московский общедоступный театр. В этом названии была обозначена программа нового театра, во многом авангардная для того времени. «Общедоступность» нового театра предполагала в первую очередь невысокие цены на билеты, о чем мы сегодня можем только мечтать. Но и тогда достичь этого не удалось, и цены на билеты пришлось повысить, а театр переименовать. Все годы своего дореволюционного существования МХТ славился поиском новых режиссерских решений. Эта же тенденция сохранилась и в советские годы, театр приглашал на работу молодых артистов и режиссеров – выпускников различных студий МХАТа.
История театра хорошо известна. Известно и то, что новую жизнь влил в театр О.Н. Ефремов, который обновил репертуар и привел с собой плеяду новых артистов. В результате труппа непомерно разрослась, и часть «старой гвардии» МХАТа, и не только ее, осталась практически без работы. Эти противоречия накапливались всё больше, и в конце 80-х годов труппа разделилась – одна часть, назвавшая себя МХТ им. Чехова, осталась в Камергерском переулке, другая, сохранившая название МХАТ им. Горького, переехала сначала в филиал театра на улицу Москвина, а в 1973 году заняла вновь построенное здание на Тверском бульваре. Когда-то, еще в начале XIX века, на этом месте стоял особняк генерала Андрея Кологривова. Здесь устраивались балы, на одном из которых, по преданию, Пушкин встретил Наталью Гончарову. После революции особняк занимали различные конторы, пока в 30-е годы на это месте не решили построить театр оперы им. В.И. Немировича-Данченко. Но помешала война. И только в начале 70-х, наконец, развернулось строительство театра.
Проходя мимо него, Гоша и Александра беседуют о том, всем ли нужно быть начальниками. Гоша рассказывает Александре о древнеримском императоре Диоклетиане, который в самый расцвет своего царствования вдруг бросил Рим и начал выращивать овощи. После этих слов может показаться, что этот факт – главный в биографии Диоклетиана. Но это не совсем так.
Гай Аврелий Валерий Диоклетиан – первый правитель Римской империи, сосредоточивший в своих руках всю полноту власти. С этого времени император сам становится источником всякой власти, он выше всех законов; всех обитателей империи, какого бы звания они ни были. При Диоклетиане было восстановлено единство империи, она набрала свою великую мощь. Но прославился он не только этим. Считается, что Диоклетиан был самым жестоким и последовательным гонителем христиан, но это не совсем так. Историки считают, что сам он был склонен к религиозной терпимости. В первые годы его правления христиане даже входили в его свиту – например, Петр Римский. Но, поскольку порядки, установленные Диоклетианом в империи, требовали поклоняться ему, как богу, то не мог терпеть рядом с собой динамично развивавшуюся религию, проповедовавшую единобожие. Таким образом, можно считать, что гонителем христиан он стал во многом из политических соображений.
Это косвенно объясняет и то, почему в эпоху большевизма церковь подвергалась безжалостным гонениям – не могли терпеть Бога рядом со своими идолами.
Фильм «Москва слезам не верит» стал лидером проката 1980 года, собрав около 90 миллионов зрителей. Владимир Меньшов однажды сказал, что, когда семнадцатилетние говорят ему о том, что любят этот фильм, он понимает, что не зря прожил свою жизнь. И в заключение – отзыв одного из этих молодых людей: «Фильм заставляет задуматься о себе, о целях, о смысле жизни, о планах, о карьере, о детях, о мужчинах, о жизни в целом. Удивительный фильм. Таких больше нет. А жаль…»
Продолжение следует