Краткий обзор горских племен на Кавказе Ад. П. Берже выдержка: Наконец весною 1849 года Шамиль прислал третьего своего наиба, Шейх- Магомет-Амина, но старания его подвигнуть здешних горцев к более энергическому сопротивлению русским не имели особенного успеха даже и во время последней войны вашей с Турцией и союзными державами. Тщетно Магомет-Амин, как посланец имама, проповедовал тогда мюридизм; его воззвания встречали самое слабое сочувствие в тех, к кому они были обращаемы. Он попробовал было подстрекнуть Черкесов фирманом султана, как главы сунитов; но и это не помогло. В августе 1855 года он успел только произвести движение у Карачаевцев, но оно вскоре было погашено и замыслы возмутителя совершенно расстроены. Вообще,нынешний посланец Шамиля не пользуется у непокорных Черкес существенным влиянием, потому что они смотрят на него, как на простолюдина столь же низкого происхождения, как и сам Шамиль, во имя которого он действует; и если б не духовный сан шейха, Магомет-Амин давно заплатил бы жизнью за свои попытки за Кубанью, ибо Черкесы по преимуществу признают себя аристократами среди горских племен и без презрения не могут смотреть на пришельца, выставляющего себя проповедником. Начало введения мусульманской веры у Черкесов восходит ко временам недавним; она. и теперь не успела между ними достаточно укорениться. Тщетно Шамиль посылал к ним агентов для распространения ислама; тщетно мнимые апостолы проповедывали Черкесам, на общественной сходке, о благах, ожидающих мусульман на том свете, большинство слушателей оставались равнодушными и расходились, говоря: «это дело мулл, а мы, слава Богу, князья; пусть они и проповедуют об этом своей же «братии». – Еще не так давно был случай в одном из княжеских семейств, члены которого с большею или меньшею набожностью исполняли обряды ислама и, гордясь этим, презирали своих земляков, остававшихся в вере предков. Только один дряхлый старик, глава этого семейства, упорно отказывался от принятия мусульманской веры, – как вдруг случилось ему жестоко заболеть; старик был при смерти. – Родственники его уже привели муллу и стали уговаривать его принять ислам, чтобы открыть себе путь в Мухаммедов рай, столь цветисто описываемый муллою. Старик долго слушал ненавистного ему проповедника и молчал,но наконец, махнув рукою, сказал: – лучшие годы моей жизни я провел с людьми,«теперь уже покойниками; они и не думали о мусульманской вере, но были«благороднее, храбрее и простодушнее людей нынешних; не хочу я вашего рая: куда они пошли, туда и я пойду, – мне лучше быть с ними». Случай этот со всеми его подробностями так прост, что вдостоверности его нельзя сомневаться, и вместе с тем он характеризует народную самостоятельность Черкесов с свойственною лишь им одним, между всеми горскими племенами Кавказа, благородною гордостью.