Джек Дайлон
Мы разговаривали об Эмме, она активно учавствовала в беседе, но внезапно утихла.
Мы с Вероникой даже не сразу это заметили, а продолжали обсуждать ее проблему. И только когда Ника спросила у нее, не поворачиваясь, "Как ты себя чувствуешь?" и не получила ответа, мы обернулись и увидели не Эмму.
Эта девушка была не похожа на нее, она была совсем другой - пугающая и обезумевшая. Мы думали, что это розыгрыш, пока она не начала говорить.
- Джек, миленький, отпусти меня, - голос ее был странным и безумным. - Отстегни меня, остегни!
С каждым слогом она повышала голос и все сильнее дергала руки, пытаясь оторвать застежки.
- Отпусти меня, Джек, отпусти меня! - Она уже кричала, билась в истерике и застежки так громко стучали, что, казалось, этот звон слышит весь город, а она все не утихала. - Отпусти меня, Джек! Отпусти! Отпусти! Отпусти!
Мы морщились и закрывали уши, пока она не замолчала. в ушах все ее звенело от ее крика, который был точно таким же, как дома, когда она хотела убить всех.
Но вот она перестала кричать и опустила голову. Из-за грязных коротких волос, спадающих вниз, мы не видели ни ее лица, ни эмоций. Я уже начинал подходить к ней, а Вероника шла за мной, прячась за моей спиной. Я дотронулся до ее холодной руки, но ее цепкие пальцы схватили мое запястье, хитро вывернувшись. Она подняла голову и посмотрела на меня глазами, полными сумасшествия и холода.
-Джек, отпусти меня, - она улыбнулась, но это было похоже больше на оскал, который невероятно пугал. - И если ты меня не отпустишь то я.. - Она откинулась на спинку кресла и стала водить пальцами по моей руке. Вдруг она резко впилась ногтями в кожу и закричала, - иначе я убью тебя! Убью тебя и всю вашу мерзкую психушку! Я убью первым делом Эмму, затем тебя, - она улыбалась мне, - затем тебя, - она наклонилась вбок и таким же безумным лицом посмотрела на Воренику. - Потом, когда я покончу с вами тремя, я доберусь до друзей и парня Эммы, до ее мерзких друзей и сопляка Джейдена. Он мне не нравится, никто из вас мнек не нравится! - Она обвела кабинет глазами и отпустила мою руку. - а теперь, Джек, скажи мне, что ты решил. Отстегнуть эти штуки, - она опустила глаза на застежки, но когда подняла их, еще больше начала пугать. Они словно горели, - или умереть вместе с Эммой и этой врачихой?
- Хорошо, Эмма, я отпущу тебя. Но при одном условии, что Сэм и Билл будут стоять сзади тебя, хорошо?
- Чтобы вы вкололи мне что-нибудь, да? Я согласна, но тоже при одном условии. Вы не будете меня усыплять.
- Ладно, хорошо, - спокойно говорил я под ошеломленным взглядом Ники. - Сейчас я позову их, а ты посиди. Тихо, без фокусов. Ладно?
Она обреченно вздохнула, закатила глаза, но кивнула головой и села поудобнее. Кажется, мы нашли общий язык. По крайней мере, на ближайшее время.
- Ник, пригляди за Эммой, ладно? И если она будет шуметь, - я покосился на нее, - то скажи мне, мы что-нибудь ей вколем.
Боковым зрением я видел, как Эмма сжимается в комок и поджимает губы. Забавно.
Вероника пыталась мне что-то сказать, но я неторопливо вышел из кабинета, а как только дверь закрылась, побежал, что есть силы в процедурный кабинет, при этом успев показать этим придуркам жест. означающий стоять на месте.
Вообще, Эмма хорошо придумала. Придурки - и слова лучше не подобрать. Они пустоголовые болваны. Но сильные. Только это качество позволяет им тут находиться.