Середина лета для грибника всегда одинаково.
Ты сидишь и ждешь - с рюкзаком, корзиной, сапогами и парой пакетов. Стучишь копытами, а грибов все нет. Везде есть, а в твоих краях нет.
Вся страна рванула за город. Радуется, фоткает из кустов и папоротников – у них пошли белые. А ты смотришь на эти счастливые рожи в Сети и с безнадегой думаешь о несправедливости.
Может, врут? – думаешь ты.
Едешь в ближайший лес. Там пусто. Мох и сосны, между которыми носятся по тропинкам биатлонисты. Ну правильно, говоришь ты, кто же проверяет это дело на лыжной трассе. Тут одни спортсмены.
И едешь на следующий день в свое главное место. То самое, заветное – твой резерв Ставки. Там тоже пусто. Лишь одна сыроежка, оставшаяся с прошлого года, смотрит с недоумением. Привет, – дает знать она, – зря приехал. Будь грибы, я бы сообщила. Сообщишь, как же, - думаешь ты. У вас с ней давняя связь. Она тебе сигналит, когда надо ехать, и всегда обманывает. Каждый раз ты опаздываешь к началу и появляешься только в разгар сезона. Или вот как сейчас.
Ты объедаешься от безнадеги черникой и с синим ртом уныло едешь домой – читать издевательские сообщения о грибных рекордах. Их много по всей стране, сотни и тысячи.
И во время прочтения миллионного вдруг получаешь слабый дрожащий сигнал из леса, который недавно покинул. Из того самого, заветного.
Ты мчишься туда – как олень, почуявший запах мха, как собака, вспомнившая, где зарыла кость... короче, как полный идиот – в полном нетерпении и азарте.
Инстинкт тебя не обманывает – уже входя в лес, ты чувствуешь запах грибов. Тот самый, едва уловимый, который ни с чем не спутать. Ты идешь на свое заветное место.
Там тебя уже ждет твоя сыроежка. Она незаметно поводит глазами в сторону. Ты идешь в указанном направлении. И там среди спутавшейся травы находишь десяток проклюнувшихся лисичек. Крошечные, с ноготок, они вышли на первый выгул.
- Ах вы, мои родные, - бормочешь ты несусветное. О том, чтобы рвать их, не может быть даже речи. Ты укрываешь этих маленьких новорожденных травой и папоротником и совершаешь над ними все магические ритуалы, которые только знаешь. Скачешь, словно индеец, призывая высшие силы, чтобы распространились от этого места дальше. Совершаешь действия по отводу глаз, чтобы никто не видел тебя и твоих делянок. Делаешь ты это мысленно или наяву, неизвестно. Ты уже в другом измерении.
Ты идешь, сканируя каждый куст, бугорок и ямку в ожидании чуда. И говоришь себе – я ничего не найду. Так скорее всего и будет. Это первый день, когда только проклюнулись лисички, предвестники главных событий.
За этим путанным монологом ты покрываешь гектар за гектаром. Работает не только зрение. Радар внутри считывает каждую складку местности.
Есть! – сигналит он через какое-то время. Ты спускаешься чуть ниже склона, и с удивлением видишь маленький подберезовик. Вид у него не здешний, а откровенного июньского колосовика. С толстой ножкой и заметно-коричневой шляпкой, он как будто остался с начала лета. Ты наклоняешься – и взгляд натыкается на вызывающе яркого подосиновика.
И он не один. Приблизившись, ты обнаруживаешь, что бардовых шляпок с крепкими ножками уже две. Нет, три.
Спасибо, лес, - с опозданием думаешь ты. Неясно, из каких соображений, но эту фразу ты стараешься произносить при каждой удаче. Ты понимаешь, что в этом едва ли есть смысл, но знаешь, что так делать надо. Так сказали тебе твои предки, вышедшие из лесу тысячи лет назад. Когда, ты не помнишь.
И дальше процесс идет вне времени и сознания. Ты прочесываешь маршрут в одну сторону, потом по широкой дуге, в другую. Потом посещаешь особенный закуток, потом пятый, десятый…
Из леса вываливаешься через непонятно какое время с полным озоновым передозом. И скромной кучкой грибов, не доходящей даже до середины корзины.
Но ты уже счастлив до состояния полной шизофрении.
Началось.