А много ли среди нас живых? Тех, кто искренне смеется, а не делает вид, что смешно? Тех, кто по-настоящему желает помочь, а не делает это из каких-то своих интересов? На каждом шагу под видом благочестия скрывается благотворительность как способ уйти от налогов, благотворительность ради создания нужного имиджа, благотворительность для прикрытия мошенничества.
Мы забыли, что значит жить. Открыто рассказать о своих чувствах считается глупостью. Легче пройти мимо или промолчать, чем подать руку, хоть и испачкаться.
А дети? Сколько кругом жестокости! Тут и там подростки издеваются над своими сверстниками, более слабыми, чувствительными, не умеющими ответить жестко. Потому что живой умеет чувствовать, он как свою чувствует боль другого. Поэтому ударить или обидеть для него - это мука. А тех, в ком погас живой огонь, не остановит ни страх был наказанным, ни муки совести. Где нет души, там нет и совести.
Давайте оживать!
Пляски смерти
Как тяжко мертвецу среди людей
Живым и страстным притворяться!
Но надо, надо в общество втираться,
Скрывая для карьеры лязг костей...
Живые спят. Мертвец встает из гроба,
И в банк идет, и в суд идет, в сенат...
Чем ночь белее, тем чернее злоба,
И перья торжествующе скрипят.
Мертвец весь день трудится над докладом.
Присутствие кончается. И вот -
Нашептывает он, виляя задом,
Сенатору скабрезный анекдот...
Уж вечер. Мелкий дождь зашлепал грязью
Прохожих, и дома, и прочий вздор...
А мертвеца - к другому безобразью
Скрежещущий несет таксомотор.
В зал многолюдный и многоколонный
Спешит мертвец. На нем - изящный фрак.
Его дарят улыбкой благосклонной
Хозяйка - дура и супруг - дурак.
Он изнемог от дня чиновной скуки,
Но лязг костей музыкой заглушон...
Он крепко жмет приятельские руки -
Живым, живым казаться должен он!
Лишь у колонны встретится очами
С подругою - она, как он, мертва.
За их условно-светскими речами
Ты слышишь настоящие слова:
"Усталый друг, мне странно в этом зале". -
"Усталый друг, могила холодна". -
"Уж полночь". - "Да, но вы не приглашали
На вальс NN. Она в вас влюблена..."
А там - NN уж ищет взором страстным
Его, его - с волнением в крови...
В ее лице, девически прекрасном,
Бессмысленный восторг живой любви...
Он шепчет ей незначащие речи,
Пленительные для живых слова,
И смотрит он, как розовеют плечи,
Как на плечо склонилась голова...
И острый яд привычно-светской злости
С нездешней злостью расточает он...
"Как он умен! Как он в меня влюблен!"
В ее ушах - нездешний, странный звон:
То кости лязгают о кости.