Птица додо (дронт) была обнаружена на островах к востоку от Мадагаскара, которые сегодня называются Маскаренским архипелагом. Три довольно крупных острова, образующих этот архипелаг, протянулись вдоль 20 параллели к югу от экватора. Сейчас они называются Реюньон, Маврикий и Родригес.
Происхождение слова «додо» до сих пор неясно. Возможно, что оно произошло от слова duodu, означающего «идиот» — которым эту птицу называли голландские моряки. Возможно, они считали, что раз эта птица не умела летать, значит, она была глупой. Она не могла и быстро бегать, поскольку её огромный живот почти волочился по земле. Или же это название может быть связано с криком этой птицы. Также есть основания предполагать, что слово «додо» связано с подражанием их голосу.
На всех, кто хоть однажды видел дронта, его внешний вид производил неизгладимое впечатление. Вот какие воспоминания очевидцев дошли до наших дней: «… больше наших лебедей, с огромной головой, до половины покрытой перьями, как бы с капюшоном. У этой птицы нет крыльев (они были, но крошечные, неспособные к полёту). Хвост состоит из нескольких мягких загнутых внутрь перьев пепельного цвета.»
Дронты были большие и очень жирные. Учёные полагают, что взрослые птицы весили 20-25 кг. Индюки, для сравнения, весят 12-16 кг. Ростом они были повыше индюка — около 1 м. На небольших океанических островах, где нет сухопутных хищников, дронты постепенно, из поколения в поколение, потеряли способность к полёту. Дронты передвигались по земле и были очень медлительны. По описаниям, когда им приходилось спасаться от опасности, тело их колыхалось при беге, а большой живот цеплялся за камни. Лапы дронта с четырьмя пальцами действительно напоминают индюшачьи.
Дронты питались спелыми плодами пальмы латании, которые падали на землю, а также почками и листьями, вероятно, служившими единственной пищей для дронтов. Особенно птицам нравились крупные плоды дерева, которое так и называлось «дерево додо».
Спокойная жизнь для дронтов окончилась, как только человек стал активно вмешиваться в жизнь островной природы. Команды судов пополняли на островах запасы продовольствия, с этой целью истребляя всё живое в лесах архипелага. Матросы съели всех огромных черепах, а затем принялись за неуклюжих птиц.
на острова завезли свиней, которые давили яйца дронтов, коз, которые подчистую съедали кустарники, где дронты строили свои гнезда; собаки и кошки уничтожали старых и молодых птиц, а свиньи и крысы пожирали птенцов.
В 1693 г. додо впервые не попал в список животных Маврикия, так что к этому времени, можно считать, он уже исчез окончательно.
Позднее был истреблен реюньонский дронт. Впервые о нем упоминает в 1613 г. английский капитан Каслтон, высадившийся на Реюньоне вместе с домашними животными. Последним путешественником, который видел и описал этот вид, был француз Бори-де Сен-Венсен, посетивший Реюньон в 1801 г. Причиной исчезновения этого вида также стали домашние животные и человек. Не осталось ни одного скелета и ни одного чучела белого дронта.
Мореплаватели много раз пытались привезти дронтов в Европу, чтобы удивить европейцев диковинной птицей. Но, если серого маврикийского дронта иногда удавалось живым довозить до северных широт, то с его белым реюньонским собратом это никак не получалось. Практически все птицы погибали во время путешествия. Как писал в 1668 г. неизвестный французский священник, побывавший на острове Маврикий: «Каждый из нас захотел взять с собой по две птицы, чтобы послать их во Францию и там передать Его Величеству; но на корабле птицы умирали, вероятно, от тоски, отказавшись от еды и питья».
Живой додо попал в Европу полвека спустя, в 1638 году. С этой птицей, вернее, с ее чучелом случилась забавная история. Дронта привезли в Лондон и там за деньги показывали всем желающим посмотреть на него. И когда птица умерла, с нее сняли шкуру и набили ее соломой. Из частной коллекции чучело попало в один из Оксфордских музеев. Целый век прозябало оно там в пыльном углу. И вот зимой 1755 года хранитель музея решил произвести генеральную инвентаризацию экспонатов. Долго с недоумением он рассматривал полусъеденное молью чучело сюрреалистической птицы с нелепой надписью на этикетке: «Ark» (ковчег?). А потом приказал выкинуть его в мусорную кучу.