Краем глаза заметив какое-то движение в оконном проёме, я отправил туда оказавшуюся под рукой палку. Раздался горестный вопль, и мы втроём бросились на звук, влетев в комнату через то же окно. В метре от пола висело привидение – самое настоящее, прозрачное, подрагивающее от сквозняка привидение. Судя по валявшейся у дальней стены палке, вопило оно исключительно от обиды. Я повернулся к Агуне: - И что с ним делать? - Понять, простить и отпустить, – процитировал тот известного героя телевизионных шоу для детей в возрасте от шестнадцати до шестидесяти шести. - То есть?.. - Ну и что ты сделаешь, Сеня? Ты медиум? Нет. Ловец духов какой-нибудь? Тоже нет. Ничего мы ему сделать не можем. - А ты что же? – вой оскорблённого в лучших, видимо, чувствах призрака действовал на нервы почти так же, как «звёзды» на церемонии вручения премии в области популярной музыки. По сути, вокальные данные исполнителя, смысловая нагруженность текста и непрерывный надсадный вой на одной ноте могли бы даже претен