У людей, вышедших из советского времени (а я такой и есть), самыми распространенными являются чувства глубокого удовлетворения, справедливого негодования и – где-то там на задворках – собственного достоинства. И чем меньше собственного достоинства, тем больше глубокого удовлетворения. Если же последнего нет, тогда есть чувство справедливого негодования от оскорбленного чувства собственного достоинства.
Первая моя реакция на историю с задержанием журналиста Александра Пичугина и возбуждением уголовного дела против него за публикацию некоего текста в телеграм-канале, это, конечно, справедливое негодование.
Я нашел этот текст на «Радио Свобода», понял всю аллегорию высказывания Пичугина. Он считает это сарказмом, я бы это так не назвал, но это вполне аллегорический текст, где выражена тревога и озабоченность по поводу того, что 12 апреля в некоторых местах (имеются в виду храмы Русской православной церкви Московского патриархата) массово собирались люди. И это несмотря на то, что власти всем настоятельно рекомендовали (я полагаю, что это не запрет, а исключительно рекомендация, обращенная к сознательным гражданам) этого не делать, чтобы не способствовать распространению коронавируса.
В этом смысле хотя резкость Пичугина заметна, и кто-то другой мог выразить это иначе, но использование аллегорий в творчестве совершенно понятно.
Я не нашел в этом тексте никакого фейка, в котором обвиняют журналиста, а увидел тревогу, озабоченность и даже возмущение – но это его право.
Поэтому совершенно непонятна жестокость, которая последовала в качестве реакции на этот текст. Тем более что, Пичугин написал у себя в телеграм-канале о событиях 12 апреля, затем (по его словам) последовал телефонный звонок, после чего текст, о котором идет речь, был удален.
Казалось бы, проблема исчерпана. Но спустя три дня последовала резкая реакция – на то же самое событие.
Нижегородская область редко становится регионом, события в котором попадают в топ российских новостей. Но в него попало жесткое задержание Пичугина по явно надуманному обвинению. Думаю, это должно представлять собой предмет не гордости, а глубокой озабоченности общественности региона.
Непонимание со стороны общественности применения столь жестких мер должно выразиться в каких-то иных формах поддержки – а не только в пожеланиях журналисту мужества, что я собственно и делаю.
Возможно, ему стоит открыть специальный счет для сбора средств – наверняка понадобится помощь гражданского общества при оплате штрафа.
А в том, что наказание по явно высосанному из пальца обвинению последует, я нисколько не сомневаюсь. На прошедшей неделе мы видели примеры очень жестких наказаний в Магадане, в Омске, в ряде других городов, за распространение якобы фейков. А стоит за этим преследование людей, представляющих оппозицию по отношению к власти.
Виктор Лысов