Приходите завтра!
Наконец-то! Ура! Послабление карантинного режима! Можно отходить от дома для занятий спортом на 500 метров!
Она радовалась, как ребенок: подпрыгивала, пританцовывала, бормотала себе под нос какую-то глупую песенку. Увидев ее в таком приподнятом настроении, муж, уезжая на работу, напомнил:
- Море от нашего дома дальше, чем на 500 метров. И ты это знаешь.
Да он угадал. Она мечтала убежать на море, побродить там воль кромки воды, подышать свежим соленым воздухом. За месяц карантина она так по нему соскучилась. В мирное время, еще до эпидемии, она часто бегала на побережье. Даже после работы, казалось бы, без сил, она уходила туда, побыть одной, послушать шум воды, набрать полные легкие морского бриза. С морем она была на какой-то своей, особой, волне, умея доверить ему обиды, нахлынувшую грусть, раздражение. И море, словно смывало, превращая в соленую пену, все накопившееся за день, возвращая ее миру обновленной и умиротворенной. Как же ей не хватало этого весь этот карантинный месяц! И как она мечтала о встрече! Иногда, зажмурив глаза, ей казалось, что она слышит мерный успокаивающий плеск волн, полной грудью вдыхает морской воздух и даже чувствует, как прохладная вода касается пальцев ее ног. С крыши их дома было видно побережье. И она иногда залезала туда во время карантина, чтобы хотя бы издалека посмотреть, как оно там… Конечно она знала, что до моря не 500 метров. Когда-то они с мужем специально высчитали, что их машина проезжает от ворот дома до стоянки на пляже один километр двести метров. Мужу было интересно, сколько же они наматывают во время пеших прогулок. А для нее добежать до моря - дело плевое!
- Всего-то десять-пятнадцать минут! Неужели сегодня, когда ослабили карантинный режим, кто-то будет подсчитывать эти метры? Да небось уже и патрулей-то нету! – так она мечтательно рассуждала, провожая мужа на работу.
- И все-таки я бы пока воздержался! Потерпи, недели через две должны снять все ограничения, и мы сразу прогуляемся к морю, я обещаю, - убеждал он ее, сам не сильно веря, что она усидит дома.
Конечно же не усидит! Она добежала до побережья за десять минут. Всю дорогу она мечтала, как увидит его, будет слушать успокаивающие волны, стряхивать невесомую пену с ног, долго смотреть вдаль за горизонт, как плеснет себе соленой водой в лицо и даст обсушить его ветру.
Вход на пляж был перетянут красной сигнальной лентой. Неподалеку полицейский спорил о чем-то с пожилой дамой, держащей маленькую вертлявую собачку на поводке. Подойдя поближе, она уловила, что полицейский объясняет даме, почему вход на пляж перекрыт, что карантин еще не снят, и надо набраться терпения и дождаться конца эпидемии.
- Может быть недели через две, - терпеливо убеждал полицейский, уворачиваясь от собачки, так и норовившей цапнуть его за ногу.
- Может на дикий пляж …, - мелькнуло у нее в голове.
- И дикие пляжи перекрыты, сейчас к морю не пройти, - увещевал полицейский пожилую даму, которая взяла от греха подальше свою собачку на руки.
- Ну что за приходите завтра! – с досадой подумала она, обреченно поворачивая в сторону дома.
Назад она плелась добрых полчаса. Ноги, как будто бы нарочно не хотели уводить ее все дальше и дальше от моря. А оно плескалось где-то тут, совсем рядом, догоняя ее своим соленым ветерком, словно передавая привет и обещая скорую встречу…