У него не было имени. Как и у его мира. Он был наброском. Скетчем. Попыткой. Проваленной. Как и его мир. Его Создатель снова от них отказался. После ножества попыток он устал от них. Снова. Понемногу, стремление рисовать, но без успеха, стало тяжёлой работой. И он наблюдал, как его, бессильного, выбросили, не услышав крик и мольбу сквозь бумагу. Он был в тюрьме. Его незаконченном доме. То ли безэмоциональные, то ли сдавшиеся на волю судьбы, его компаньоны потерялись в абсолютной бесчувственности, пока он наблюдал, отрицая это. Теперь они были забытыми набросками. Недооцененными концептами. _____тейл Как бы он не пытался сделать свой пустой мир лучшим местом.. Он был единственным, кто развил способность чувствовать. Ему никто не ответил. Он был один. Боль была невыносимой. Чувство одиночества росло в нём с каждым разом, когда, казалось, белая пустота начинала его побеждать. Он был в отчаянии. Он позвал на помощь. И ему никто не ответил. Он начинал ненавидеть других