6 апреля на оперативном совещании правительства премьер-министр России Михаил Мишустин жестко высказался по поводу волюнтаристских решений «руководства некоторых регионов» в борьбе с коронавирусом.
ИЗ ВЫСТУПЛЕНИЯ ПРЕМЬЕРА МИШУСТИНА:
«Президент своим указом дал главам субъектов Российской Федерации дополнительные полномочия, чтобы каждый из них мог определить наиболее оптимальный для конкретной территории режим ограничительных мероприятий, — сказал Михаил Мишустин. — В целом большинство руководителей субъектов справились с этой работой.
Вместе с тем на прошлой неделе были выявлены прецеденты, когда руководство некоторых регионов закрывало административные границы, препятствуя проезду людей и транспорта на свою территорию. Сигналы правительства о недопустимости подобных мер были услышаны, и за выходные ситуация исправилась. Однако еще раз хочу обратиться к руководителям субъектов: не надо путать региональные полномочия с федеральными. Любые ограничения должны быть адекватными и соответствовать реальной ситуации. И, конечно, тем мерам, которые введены президентом и федеральным правительством».
Мишустин не уточнял, кого конкретно имел в виду, однако через несколько часов виновник объявился сам, правда, без явки с повинной.
Глава Чечни Рамзан Кадыров в своем телеграм-канале призвал премьер-министра не «мешать <бороться с эпидемией> сплетнями»,
«не вводить в заблуждение руководителей высокого ранга» и заявил, что «ради спасения жизни людей… можно идти на любые жесткие меры».
Еще две недели назад глава Чечни считал коронавирус «лженаукой», явно недооценивал угрозу и призывал не разводить панику. Но 23 марта случилось неизбежное: в республике выявили первого зараженного. И тогда Кадыров кинулся в другую крайность.
Всего за одну неделю чеченские власти полностью заблокировали транспортное сообщение с остальной страной, даже не дожидаясь отмашки из федерального центра. В адрес последнего Кадыров высказался крайне негативно: «Поезд, который проезжает и останавливается <в Чечне>, нам этот поезд не нужен. Нам не нужно столько рейсов. Когда нам нужно было снизить цены на билеты, правительство нам не помогало. А сейчас интересы компаний им важнее жизни людей. Поэтому я готов нарушить все законы, чтобы не умирали мои граждане».
«Я готов пожертвовать собой, потому что федеральный центр… тянет и тянет, а цена <этому промедлению> сотни и сотни тысяч жизней…»