«Юрий Лужков считался едва ли не самым влиятельным членом Совета Федерации, он призвал под флаги своего "Отечества" сенаторов, со многими из которых до осени 1999-го (то есть до образования прокремлевского "Единства" и последовавшего за этим массового отступничества соратников) его связывали прекрасные и продуктивные отношения. И вообще, многие, очень многие люди власти хотели, чтобы Юрий Михайлович захотел.
Есть один вопрос, который сегодня может показаться праздно-риторическим: хотел ли на самом деле московский мэр встать во главе страны?
У меня в памяти остался разговор с Черномырдиным. Мы общались не то что простецки, но в общем-то без затей и хитростей. Ч. В. С. очень ревностно следил за моими планами и однажды напрямик спросил о том же, о чем спрашивали все кому не лень. О президентских планах. И я ему стал объяснять:
Ты можешь просто так пойти в театр? Просто так съездить за границу? Надеть джинсы и зайти в магазин? Выйти на сцену и устроить капустник? Нет. Тебе, премьеру, надо спросить разрешения. А я все это могу. Это моя свобода, она мне абсолютно необходима, и я ею очень дорожу".
Лужков — человек власти. Наказан он ею или поощрен — не будем гадать. Власть ему идет. И он, полагаю, убежден, что пользуется ею заслуженно. Ю. М., несомненно, знает себе цену.
Еще году в 1995-м, когда рейтинг Ельцина стремительно катился вниз, жена спросила меня: "Ну что, собираешься?" — "Нет". Она облегченно вздохнула: "Даже не представляешь, какой камень ты у меня снял с души".
Вероятен, впрочем, и вариант: "Хотел — не хотел". Открыто называя Ельцина фигурой трагической (чего сам Б. Н. наверняка о себе не думает), Лужков без труда мог вообразить себе такой кошмар верховной власти, как неуправляемая, не послушная твоей воле страна. С другой стороны, как говорят шахматисты, взялся — ходи...»
Отрывки взяты из книги публициста и писателя Михаила Щербаченко «Москвич. Власть и судьба Юрия Лужкова». Эта книга — попытка увидеть и понять недавно скончавшегося Ю. М. Лужкова не столько как градоначальника и политика, сколько как человека, следовавшего принципам и правилам, установленным для самого себя.