Когда недавно умер писатель и политик Эдуард Лимонов, в СМИ на полном серьезе появилась никем не замеченная формулировка: умер «после долгой и продолжительной» болезни:
Если специально обратить на это внимание, то становится понятно, что эта фраза — бессмыслица. Долгий и продолжительный — это синонимы, сказав одно из этих слов, совершенно не нужно говорить другого.
Так в языке работает лексикализация и ее частный случай — фразеологизация. Первоначально содержательное выражение «застывает», составляющие его слова теряют часть семантики и превращаются в языковом смысле в «пустышку», но зато фраза целиком приобретает шлейф дополнительных внеязыковых смыслов.
Само выражение не новое. Его можно встретить в рассказе В. Набокова «Занятой человек»:
Дошло до того, что, выбросив как-то кусок газеты, из которой он, любитель описок, вырезал квадратик со строкой «после долгой и продолжительной болезни».
Таким образом, очевидно, что это русский канцелярит ещё как минимум 1930-х годов.
Потом фраза всплывает у Стругацких:
В отделе Вечной Молодости после долгой и продолжительной болезни скончалась модель бессмертного человека.
Но я думаю, что сейчас, в постсоветскую эпоху, и особенно в контексте разговора о Лимонове, эта фраза уже не равна по смыслам тому, чем она была для Набокова и даже для авторов «Понедельник начинается в субботу».
У людей, заставших позднесоветскую эпоху, тяжелая и продолжительная болезнь (именно такая формулировка первейший предок того кадавра, который мы видим в современных СМИ) должна ассоциироваться с сообщениями о смерти престарелых вождей в начале 1980-х. «Тяжелую и продолжительную» превратил в «долгую и продолжительную» автоматизм человеческой речи, а автоматизм был задан формульностью (или даже мифологичностью) мышления. Лимонов был встроен для говорящего в определенный ряд фигур, про которых надо говорить именно так, в таком стиле и такими формулами. Это как раз ряд советских вождей, идеологов и патриархов.
Позднесоветские имиджи естественно и безболезненно перенеслись на советского человека Эдуарда Лимонова.