О том, что папа ей неродной, Сашка узнала лет в 10. Спасибо соседям — шептунам и детской наблюдательности. Реакция девочки была никакая. Ну, неродной и неродной — не злая мачеха же.
И, если бы не извечные причитания бабушки: «сиротинушка», жила бы себе Сашка спокойно и дальше. А так время от времени закрадывались мысли, что вот, мол, сестру больше любят — она же родная, а я — подкидыш. Но счастливые моменты детства, как патронус, ограждали Сашку от этих мыслей.
Позже девочка узнала, что и дед ей не родной. Но эта новость никак не царапнула сердце. Деда к тому моменту уже не было.
Был у Сашки и другой дед да бабка — родители родного отца. Только об этом она сперва и не знала. Спросит, бывало, мать: «а почему мы к ним ходим?» Мама и ответит, что-то в духе: «однофамильцы они наши». Ну, однофамильцы, так однофамильцы. Правда, потом матушка замуж вышла и фамилию себе и сестре сменила, а Сашка так и осталась Кузнецовой.
Время шло. Девушка росла. Болтовня бабушки, шушуканье соседей и визиты к родителям отца сделали своё дело. Сашке захотелось познакомиться с ним. Родитель казался эдаким Сириусом Блэком в белом плаще.
На деле Сириус Блэк оказался вовсе не в белом плаще. Да и не Сириусом, а скорее Сергеем Есениным. Впрочем, сквозь розовые очки романтизации отца, Сашка заметила это не сразу.
А, когда заметила, одной ногой уже была замужней дамой. Круговерть семейной жизни окончательно отдалила её отца. К тому же, девушка считала, что у её ребёнка должен быть один дедушка. Раз уж, муж сиротой оказался.
Время шло. Подрастал сын. Бабка с дедкой просили не бросать отца. Но Сашка устала его спасать от Змия огненного. Да и был у неё уже папа. Он её сызмальства растил, да воспитывал.
Она столько хороших эпизодов с ним помнила! И как от мальчишек дворовых защищал, и как алгебру с ней делал, и как историю обсуждал, и как подарки из далёкой страны привозил... Всё перечислять — книги не хватит.
А теперь в сыне её души не чает. Родной-то дед один раз внука видел. Дыша перегаром, в коляску заглядывал. Мальчонке ещё года не было.
И встала Сашка перед выбором, когда рассказать сыну про то, что дед неродной ему. Не говорить? Можно, но сложно. На каждый роток не накинешь платок. А люди, страсть как любили, обращаться к ней по отчеству.
- Александра Александровна, - останавливала её воспитательница в саду.
- Александра Александровна, - обращались к ней в детской поликлинике.
Сашка не любила ни имя своё, ни тем более, отчество. Всем кому могла, говорила: «не называйте меня по отчеству, при сыне, пожалуйста». И глаза, как у котика из Шрэка делала.
Мальчишка рос и отмахиваться от его вопросов, становилось сложнее. Сначала Сашка говорила, что, мол её так называют по недоразумению. Раз Александра, значит, Александровна. Путают, мол, люди.
Рос мальчишка и дед для него был непререкаемым авторитетом. Единственное чего не понимал ребёнок, почему деда не любит маминых деда с бабкой. А почему они ей родственники не задумывался.
- Мама, почему тебя учительница постоянно называет Александровна? Ты же Саидовна.
Сашка замялась, сменила тему, а сама задумалась. Восемь лет — может быть уже пора?
- Стёп, давай вспомним в каких сказках есть мачехи?
- Золушка, Метелица, Морозко.
- Молодец. Стёп, а ведь в этих сказках не только мачехи есть, но и отчимы. Не родные папы дочерям мачех.
- Понятно.
- Как они относились к падчерицам? В сказках об этом не сказано. Там только мачехи злые, а отчимы — обычные. Так вот: твой дед - мой отчим.
- Как? - мальчишка хлопал глазами. - И ты мне врала? - смесь желания заплакать и поколотить мать, отразилась на лице ребёнка.
- Я не врала. Я просто не говорила. Я хотела тебе сказать, когда-нибудь.
- Ну вот - слёзы заблестели в глазах мальчишки. - У меня деда нет.
- Малыш, у тебя есть дед.
- Но он же мне не родной.
- Он воспитывал меня с годовалого возраста. Я считаю своим папой. А родной... Он умер несколько лет назад. Мой дед — его отец.
Стёпка задавал ещё много вопросов, прежде чем выдать:
- И всё-равно я люблю своего деда.
- И деда тебя любит, Стёпа.
- Но он же мне неродной.
- Стёпочка, люди женятся и разводятся. Но родным может быть не только кровный родственник. Вот, например, усыновители.
- Но дед же тебя не усыновил.
- Нет, но всё-равно я его считаю папой и люблю. И он меня тоже. И тебя он любит, как внука.
Стёпка задумался, а вечером позвонил деду. Мама еле успела телефон выхватить. - Дочь, а какое у тебя отчество? - спросил папа. - Ой, пап, мне тут сестра звонит... - Сашка ещё никогда так не радовалась звонку сестрицы. - Ладно, потом перезвоню. Как твои дела?
************
- Стёп, я тебя очень прошу, - после разговора с папой, обратилась Саша к сыну, - не говори с дедом о том, что он неродной мне папа.
- Почему? - искренне недоумевал ребёнок.
- Он обидится. Очень тебя прошу, Стёп.
- Ладно, - проворчал ребёнок. - Я уже соскучился по деду. На рыбалку хочу.
- Потерпи немного. Потеплеет на улице и поедем.
Ещё несколько дней мальчик донимал мать разговорами, а потом успокоился, затих. Ну, неродной и неродной. Что тут особенного?
P.S. Основано на реальных событиях. Имена и некоторые детали изменены.