А все началось в декабре 1959 года, когда во Внуково сел самолет из Индии. На его борту находился известный художник-плакатист Алексей Кокорекин.
53-летний Кокорекин должен был сделать соответствующие прививки перед поездкой в экзотическую страну, но, вероятнее всего, он уговорил медиков просто поставить отметку о вакцинации. Поездка была интересной, художник провел много встреч, бесед, лекций и интервью. Алексей Алексеевич даже присутствовал на церемонии сожжения индийского брахмана, который умер от черной оспы.
В аэропорту он прошел все таможенные и пограничные процедуры и отправился… к любовнице. Он немного покашливал, но был декабрь, – а кто не кашляет зимой? На следующий день художник был уже дома и раздавал подарки. Но вскоре ему стало хуже, кашель усиливался, поднялась температура, и пришлось обратиться к врачам скорой помощи. Кокорекин был сразу госпитализирован с подозрением на осложненную форму гриппа. Однако больной угасал прямо на глазах, появившуюся сыпь посчитали аллергической реакцией, к утру 29 декабря Кокорекин умер.
Черная оспа к тому времени была уже почти забытой болезнью. В 1936 году с ней справились путем всеобщей вакцинации. И кто бы мог подумать, что она вернется почти через 25 лет. Правда, в Индии она еще долго оставалась серьезной проблемой.
Повсеместное проведение вакцинации привело к тому, что последний больной был зафиксирован в 1977 году в Сомали в Африке. В 1980 году Международная организация здравоохранения рекомендовала прекратить прививки против этой болезни. Но до этого времени надо было еще дожить.
Смерть Кокорекина стала первой в цепочке страшных событий, вызванных болезнью. На вторые сутки болезнь была обнаружена у сотрудницы больничной регистратуры, принимавшей художника, врача, осматривавшего его, и мальчика, который находился на другом этаже больницы, но рядом с вентиляционным отверстием из палаты Кокорекина.
Через некоторое время болезнь обнаружилась еще у нескольких пациентов московской больницы имени Боткина. Лихорадка, кашель и сыпь – симптомы болезни, но скорость распространения заразы – симптом, который говорил, что страна в одном шаге от эпидемии.
КГБ СССР, МВД и Министерство здравоохранения устанавливали всех, кто общался с инфицированными. Одна из контактировавших с больным была преподавателем в вузе, где принимала экзамены у студентов. Все студенты и преподаватели отправились на карантин. Оперативно был развернут самолет, на котором в Париж летел один из пассажиров того злосчастного рейса из Индии.
В больницах находилось 10 тысяч человек, к первичным носителям вируса относились около 1500 человек. Все они были помещены на карантин в стационары Москвы и Московской области.
Все силы были брошены на то, чтобы остановить заразу. В экстренном порядке начали производить вакцину. Было мобилизовано 26 963 медработника, был открыт 3 391 прививочный пункт, организованы 8 522 мобильных бригады для работы в организациях и ЖЭКах.
Больше эта болезнь у нас в стране себя не проявляла. Советские врачи еще долго воевали с черной оспой в дальних уголках планеты. В СССР не любили афишировать подобные ЧП. Негласное правило «меньше знаешь – лучше спишь» в те годы помогало избежать паники. Правда, при таком подходе забытыми остались люди, которые наяву сотворили подвиг и спасли Москву 1960 года от страшной беды.