26 марта 1944 года в порту Николаева высадился десант под командованием Константина Ольшанского
ДЕСАНТНЫЙ МЕЧ
Об Одесской наступательной операции известно много. Бои за город Николаев куда менее «популяризированы», по сравнению с решающими битвами Великой Отечественной. Но они явилось важнейшим шагом к освобождению Одессы. Впрочем, обо всем по порядку.
Николаев в марте 1944 года стал одним из самых мощных опорных пунктов гитлеровцев на пути к Одессе. На подступах к городу – минные поля, траншейные заграждения, многочисленные огневые точки. Николаев обороняли подразделения СС и власовцев. Кроме того, погода, так часто выручавшая русского солдата во время самых разных войн, на сей раз играла на руку противнику: в условиях весенней распутицы сконцентрировать крупные части вокруг Николаева было крайне затруднительно. К тому же, советское командование стремилось, по возможности, сохранить порт от полного разрушения, а, главное, - помешать гитлеровцам вывезти из города награбленные ценности. В этих условиях командование 28-й армии решилось на дерзкий шаг. Высадку десанта. Задача отряда заключалась в том, чтобы посеять панику внезапным ударом и предотвратить уничтожение портового комплекса.
Десант был сформирован из числа добровольцев 384-го отдельного батальона морской пехоты. 55 морских пехотинцев, 10 саперов, 2 связиста и рыбак-проводник. Возглавить отряд хотел лично командир батальона майор Федор Котанов, но, по рекомендации командующего 28-й армией, генерал-лейтенанта Алексея Александровича Гречкина, выбор был сделан в пользу одного из ротных командиров батальона. Впрочем, выражение «одного из» не совсем подходящее. Десантный отряд возглавил старший лейтенант Константин Ольшанский. Его рота, прозванная «меч батальона» по праву считалась самой боеспособной. Морпехи Ольшанского освобождали Таганрог и Мариуполь, а их боевой командир в тех боях был награжден орденами Красной Звезды и Александра Невского.
В ночь на 26 марта десантники Ольшанского сумели скрытно высадиться близ портового элеватора, сняли часовых, и заняли оборону возле ведущей в город дороги. Бойцы-саперы, разминировавшие элеватор и подходы к нему, остались на рубеже обороны вместе с морпехами. 44 десантника заняли оборону в двухэтажном здании конторы элеватора, еще 10 бойцов старшины 1-й статьи Юрия Лисицына разместились в небольшом деревянном домике восточнее основного укрепления, 9 человек под командованием старшины 2-й статьи Кирилла Бочковича оборудовали позицию в цементом сарае. Неподалеку от них оборудовал огневую точку пулеметчик Георгий Дермановский. На железнодорожной насыпи залегли еще 4 матроса с пулеметом и противотанковым ружьем.
Вражеские атаки начались ранним утром 26 марта. Немецкое командование рассчитывало, что захватившие элеватор, были главной ударной силой наступающих частей Красной Армии. Поэтому против 68 десантников были брошены три пехотных батальона при поддержке четырех танков, четырех орудий и огнеметов.
Первая группа наступающих гитлеровцев была уничтожена огнем десантников старшины Бочковича. Вторая волна атакующих попала под перекрестный огонь бойцов того же Бочковича и Лисицына, в панике отступив. Во время следующих атак противник применил артиллерию и минометы. Против десантников были использованы зажигательные снаряды и дымовые шашки. На позиции, удерживаемые ольшанцами, двинулись два танка. Одну машину выстрелом из противотанкового ружья остановил матрос Михаил Хакимов. Второй танк уничтожил краснофлотец Валентин Ходырев. Тяжелораненый матрос, с оторванной кистью левой руки, нашел в себе силы метнуть под танк связку гранат…
В течение первого дня обороны десантники Ольшанского отбили 8 вражеских атак. 27 марта противник подтянул в порт еще около батальона пехоты, усиленные орудиями и шестиствольными минометами. По позициям десантников били огнеметчики. Задыхающимся от нестерпимого жара и едкого дыма морякам приходилось не только держать оборону, но и бороться с пожарами, возникавшими в разных комнатах конторы элеватора. Рация была разбита прямым попаданием. Неоднократно раненый старший лейтенант Ольшанский отправил старшину Юрия Лисицына для установления связи «с большой землей». Контуженный десантник сумел пересечь линию фронта, но… наскочил на мину. Взрывом Лисицыну оторвало левую ступню. Замотав рану кусками собственной тельняшки, закрепив повязку проволокой, Юрий Лисицын сумел добраться до своих и сообщить о положении дел.
В течение дня 27 марта немцы не прекращали атаки на позиции Ольшанского и его бойцов. В строю не оставалось ни одного, избежавшего ранений и ожогов. Во второй половине гитлеровцы смогли ворваться в здание. Завязалась рукопашная. Вражеская попытка сломить оборону бойцов Константина Ольшанского вновь провалилась. На исходе вторых суток боя не осталось в живых никого из офицеров отряда. Сам Константин Ольшанский, трижды раненый во время боя, пал от пули немецкого автоматчика. В рукопашной схватке, получив четыре ранения, погиб заместитель командира по политической части капитан Алексей Головлев. Смертельно ранило осколком лейтенанта Григория Волошко. Смертью храбрых пал и пулеметчик Георгий Дермановский. Расстреляв весь боекомплект, моряк бросился в рукопашную, успев заколоть ножом немецкого офицера.
Командование на себя принял старшина Кирилл Бочкович. Окруженные, дравшиеся из последних сил десантники записали клятву: «В минуту смертельной опасности перед лицом Родины даем обещание драться до последней капли крови. Всем оставить по одной гранате. Живым в плен не сдаваться. Решение обязательно для всех коммунистов и комсомольцев».
Утром 28 марта немецкие автоматчики снова попытались пробиться к развалинам конторы, но были встречены пулеметным огнем. Впрочем, эта атака уже не имела шансов на успех – в порт ворвались передовые красноармейские части.
Из официального донесения командира 384-го отдельного батальона морской пехоты Федора Котанова: «Отряд старшего лейтенанта Ольшанского за двое суток отразил 18 атак противника, вывел из строя свыше 700 гитлеровцев, уничтожил несколько танков и пушек противника, посеял панику в тылу врага, помешал уничтожению порта и элеватора». За этими строками – подвиг десантников. Из 68 десантников в живых остались 11 ( по другим данным – 12). Пятеро из них, как сказали бы медики – «в крайне тяжелом состоянии».
За образцовое выполнение поставленной задачи, за проявленную отвагу и героизм в борьбе с немецкими захватчиками все без исключения участники десантного отряда были удостоены звания Героя Советского Союза. Кстати, последним Золотую Звезду посмертно получил проводник десантников Андрей Андреев, героически дравшийся и погибший вместе с ними. Павшие десантники были похоронены в братской могиле в городе Николаев, в сквере 68-ми десантников.
В послевоенные годы об их подвиге знала вся страна. Помнят ли об этом потомки сегодня? Ведь нынче очень модным стало переписывать или просто забывать историю в угоду чуждым ценностям и политическим играм. И сегодня, 26 марта просто хочется пожелать: вспомните о десантниках старшего лейтенанта Константина Федоровича Ольшанского, до конца выполнивших свой долг в далеком 1944 году!
_________________________________________________________________
Александр Гулин, "Два слова о войне..."