Для члена возрастной когорты "группы риска" моя бабушка на удивление спокойно относится к Ковид-19. Когда я завёл разговор на эту тему, мне рассказали историю о том, как соседский дом был взорван неразорвавшейся бомбой, оставшейся со времён войны. Когда прогремел взрыв бабушка спросила у своей мамы:
“Что это был за шум, мама?
- Бомба, дорогая. Локти прочь со стола!”
Сравнительное спокойствие среди пожилых людей не ограничивается только моей семьей. 85-летняя бабушка моего друга говорила по этому поводу, что полиомиелит был намного хуже, и что ни войны ни болезни не являются причиной поддаться страху. Вера в Бога, заключила она, должна быть источником силы для каждого человека.
Болезнь, которая убивает, возможно, 2% населения, не может показаться глобальной для тех, кто родился, когда продолжительность жизни в стране составляла около 60 лет. Но для 20-ти летних, это действительно беспрецедентно.Смогут ли они адаптироваться к сегодняшней ситуации?
А что, если интернет отключится? Будут ли тогда беспорядки? Может мне купить пистолет? Почему я только что запасся туалетной бумагой?
Многое было сделано из-за стрессовой ситуации, в которую они попали. Я прихожу к убеждению, что это скорее ситуативное, чем врожденное мышление, но это потому, что это их первый настоящий тест.
Эта "вера в Бога", к которой обратилась бабушка моей подруги, вряд ли станет источником большого вдохновения для обычного среднестатистического подростка.Исследования показали, что только 1% молодёжи в стране в возрасте от 18 до 24 лет является религиозным, ,хотя когда-то церковь охватывала большинство населения. Другими словами: Церковь – Главный Центр общественной и духовной поддержки на протяжении веков – чужда молодежи.
В прошлом году опрос, проведенный одним из фондов, показал, что процент 16-25-летних молодых людей, которые не согласны с утверждением “Я считаю, что жизнь действительно стоит прожить", удвоился за десять лет – до 18%. В том же докладе было установлено, что уровень неуверенности увеличился с 37 до 55 процентов. Исследование показало, что депрессия и суицид увеличились за тот же период, хотя и не в той же степени.
Так где же тут место для оптимизма?
Любой, кто говорил с кем-то из поколения военных лет, заметил вновь вернувшееся чувство цели. Кажется, что это чувство общности целей уже проникает в наши взаимоотношения с друзьями и соседями.
Волонтёр ,21-летний парень был назначен координатором по борьбе с короновирусом на нашей улицы, а группа местных девушек начала распространять еженедельные биллютени, дополненные вдохновляющими стихами и отрывками из Библии. Волонтёры помогают с покупками продуктов инвалидам и пожилым людям.
Социальные медиа, которые так часто были источником беспокойства, теперь призывают к солидарности и взаимопомощи в это трудное время. Сообщения общественного здравоохранения неизменно стали самыми популярными, трендовыми хэштегами .
Позитивные ментальные эффекты то, что мы называем "коллективным сознанием" (чувством принадлежности к сообществу), уже видны. Поисковые запросы в Google таке как "депрессия" резко сократились с конца февраля и сейчас находятся на самом низком уровне за последние 5 лет. Поиск родственных терминов, таких как "терапевт" и "психиатр", показал резкое снижение до самого низкого уровня по крайней мере за 12 последних месяцев. Эти доказательства носят предварительный, но обнадеживающий характер.
Со своей стороны, я обнаружил, что впервые на моей памяти, читаю Библию.
Статья написана с использованием материала, переведённого в иностранной прессе.https://life.spectator.co.uk/articles/could-the-covid-19-crisis-actually-improve-our-mental-health/
И обязательно ,если понравилась, ставьте лайк этой статье и подписывайтесь на канал, чтобы ничего не пропустить. Остаемся на связи!