Я рано научился читать. В 4 года я свободно водил пальчиком по страницам, с упоением погружаясь в миры сказок и приключений. Нет, никто не принуждал и не заставлял. Всё банальнее. Просто взрослые не могли или не хотели читать мне книжки в том количестве, как хотел я, а дома была шикарная библиотека, собранная дедом и бабулей. Книг было много, очень много, и хотя со сказками и большими цветными картинками их было меньшинство, я быстро понял, что не в картинках счастье. Вот и пришлось освоить чтение по «бразильской системе».
От «Дяди Стёпы» и шикарных разукрашенных детских сборников сказок нашего Александра, так сказать, Пушкина, я быстренько перешёл на Фенимора Купера и Марка Твена. Конечно, в 6-7 лет я мало что понимал, но, в отличие от чтения вслух, на вопросы мои родители всё же отвечать не разучились. И буйная детская фантазия не тухла, как крохотная лампочка от большой плоской батарейки под одеялом ночью, когда проклятая батарейка «садилась». Да, такое было частенько, когда меня гнали спать, а прервали на самом интересном месте!
Но когда «Таинственный остров» или «Приключения Тома Сойера» заканчивались, и меня наконец-то выгоняли на улицу, я шел реализовывать свежеузнанное. Лук со стрелами?! Да у меня их были десятки!
Руки были в мозолях от тупого ножа, которым я делал всё, от деревянного кораблика до Буратино. Как Эмиль из Лённеберге. А потом этот же нож сотни раз летал в бревенчатую стену сарая, пытаясь воткнуться в нарисованную мишень.
Конечно, порот был нещадно, и не один раз, за свои поделки и проделки. Из-за жёсткого отказа деда выдать мне краску для покраски забора, я намешал ведро грязи с олифой, и повторил подвиг Тома Сойера, покрасив тот самый сарай руками соседских детишек. Помню, как дед, скрывая слёзы смеха, гонялся за мной с ремнём после той «покрашенной стены».
Но собранная мною дань за возможность повозить старой макловицей по доскам была уже надёжно заныкана в завалинке сеней, за отодвигаемой в сторонку доской.
Жалел ли я о своих рукотворных и социальных экспериментах? Нет! Жаль было лишь, что у моих «маляров» не было дохлой крысы на верёвочке, а только сломанные машинки и другая подобная мелочь.
«Что же такого героического совершил этот мальчик?» - поинтересуетесь вы у меня. Но, по моему мнению, социальный эксперимент в семь лет - тоже подвиг. Попа-то не железная, последствия были предсказуемые).
А попа? Да что попа? Ей не привыкать...