Москва, июль 1964
Времени действительно было в обрез, и поэтому Анна, верная своей привычке надеяться на случай, тем не менее, во время перелета до Москвы просчитывала в уме всю предстоящую операцию до мелочей. В первый день командировки она уговорила профессора отменить все мероприятия, мешающие выполнению её плана. Она предложила просто прогулку по летним улицам, с посещением зоопарка, а чтобы шеф не докучал ей, пригласила на рандеву его русского коллегу.
Дочь Катерину, Анна препоручила горничной в гостинице.
Анна вела двух стариков по Красной Пресне – улице, знакомой ей до каждой трещинки в асфальте. Мэтры археологии мирно беседовали о предстоящих встречах, воодушевленно вскидывая руки, вспоминая интересные случаи из экспедиций.
Вот и Пресненский переулок и кирпичный дом. Родной дом! Дом, где она обрела счастье любви. Проводив ученых немного вперед, Анна, попросила её подождать, объяснив, что ей срочно нужно зайти на почту и вернулась к дому.
Она шла медленно и ровно, сканируя взглядом каждого прохожего, пытаясь распознать агента спецслужб. Поравнявшись с подъездом, она спокойно вошла и спустилась в полуподвал. Позвонила. Дверь открыл Борис – сосед, тот, что когда-то помогал чинить ее фотоаппарат.
– Вам чего, гражданочка? – спросил он нарочито громко, предупреждая её приветствие.
– Здравствуйте. Мне нужен Сергей Скворцов.
– Не живет здесь такой. Не-жи-вет, – повторил он медленно и развязно, но внимательно смотрел в её глаза, будто пытаясь просверлить её душу, прочитать всё явное и тайное.
Дверь закрылась. Всё кончено. След Сергея утрачен. Анна медленно вышла из подъезда. Она не чувствовала ни своих ног, ни себя, небо медленно поворачивалось над ней. До этой минуты была ещё робкая тень надежды, что память о двух чудесных фестивальных неделях, оставит здесь хоть крошечный след, намёк на то, что случилось с её Сергеем.
Анна глубоко вздохнула, будто пытаясь проснуться от недоброго сна. Вдруг позади ее раздался сильный хлопок оконной форточки. Анна оглянулась. Борис из окна кухни смотрел на нее каким-то глубоким взглядом, глаза его светились как угольки. Потом он что-то чиркнул карандашом на бумажке. Анна среагировала моментально – приложив руку козырьком, стала рассматривать киоски на тротуаре, одновременно следя за Борисом. Он в комнате прикурил папиросу и, едва затянувшись, выбросил ее в форточку, целясь чуть ли не к ногам Анны. Она неловко выронила сумочку, не забыв предварительно её расстегнуть, и, собирая выпавшую мелочь, незаметно подобрала и спрятала окурок.
Купив в ближайшем киоске три эскимо, она догнала своих спутников, дожидавшихся её на лавочке, предложила ученым мужам мороженое. И, переведя дух, доставая платочек из сумки, Анна осторожно развернула записку, спрятанную в папиросной гильзе, прочитала и запомнила всё до буковки, тут же незаметно разорвав и папиросу, и записку, свернула все это с упаковкой от эскимо и выбросила в урну. День был прожит не зря! В записке был новый адрес Сергея Скворцова!
Романтик в душе, этот сосед Сергея по коммуналке, был свидетелем их любви и сжалился над ней, а может, он просто хитрый интриган, а может, хочет подставить Сергея, мстя ему за удачливую судьбу. Анна металась в догадках, но ничего решить не могла.