Напрасное ожидание.

Утро светлое сочилось мне в окошко. Я глянула в окно. Ворона на столбе каркнула и улетела собирать долги у вымерзших помоек, следя за каждым, кто идёт с ведром. Ни ветерка. Мороз игривый не стыдясь, из любопытства заглядывал в чужие окна, и прятал тайны в потайной карман.

Хорошо, что сегодня выходной и идти не надо на работу. Скорей бы вечер чтоб тебя увидеть, чтобы с тобою рядом быть, тебя слушать и тебя касаться, прижаться к твоему плечу. Скорей бы вечер чтобы тебя увидеть. А он прийти как-будто не спешил.

Я ждала, а времечко тянулось как толстая потёртая резина, наводя тоску и скуку. Стрелки на часах чуть двигались по кругу, дразня меня своим ленивым шагом. Душа тянула вечер за рукав, а он упрямился, и не хотел быстрее приближаться, а издали за мною наблюдал, меня нисколько не жалея.

Я ждала. Вот и день скорей пошёл на запад, перелив мне в душу море, которое безудержно штормило, и все, что было в нём, о скалы разбивало и тянуло в глубину на дно. Вот уж солнце, малиной сочной брызнув, тонуло где-то вдалеке. Тебя всё не было, а я ждала, надеясь, что придёшь. Время шло, по кругу не сбиваясь, и ненавистное тик-так врезалось в тишину, убивая, тихий шёпот ветра.

«Может с Игорем что-нибудь случилось, может заболел, а я жду, бесцельно время трачу», подумала я, быстро оделась и выскочила на улицу. Разрывая морозную пену, я бежала, казалось, что летела к своему любимому мужчине. Я вошла в подъезд и, поднявшись на четвёртый этаж в нерешительности остановилась у его двери. «Может не надо вот так без приглашения врываться в его жизнь? А может ему плохо, он страдает? Нет, я всё правильно делаю», успокоила я себя и с замиранием сердца нажала на дверной звонок. Дверь открыл Игорь.

- Ты зачем сюда пришла?- зло спросил он.

- Тебя увидеть, и пропасть в твоих глазах,- тихо прошептала я.

- Зато тебя я видеть не хочу. Не приходи сюда дурёха, своим видом отравлять мне жизнь. Ты мне надоела! Увижу, с лестницы спущу,- пригрозил он.

Дверь закрылась. Вечер был отравлен. Небо закачалось надо мной. Я была унижена, раздавлена. Из глаз слёзы ручьями потекли от обиды и отчаяния, и я вокруг уж ничего не замечала. Я шла домой, и сердце не стучало, оно наверно умерло в груди. Из души печаль-отраву хотела выплеснуть на землю, чтоб легче стало мне, но не смогла, уж больно тяжела.

Пришла домой и плюхнулась в кровать, ночь утопив в озёрах слёз солёных.

Утром я скинула груз ночи. Любовь туманом рассеялась, и вдруг я поняла, что я любила негодяя, ничтожество и труса. Он пришёл ко мне недели две назад, просил душу излечить гнилую и молчать, о том, что он мне рассказал. Ведь ночью после пьянки ехал он домой и умудрился сбить на скорости на пустой дороге мотоцикл с коляской. И сбежал, даже не остановившись, не вызвав «скорую», не попытавшись помочь людям.

- Зачем я буду портить себе жизнь? Я студент. Скоро закончу институт, кресло начальника займу, механиком я не хочу работать. А если они разбились насмерть, то и скорая им ни к чему. А если покалечились и остались живы, то пусть спасают их другие,- сказал он с надрывом, будто кто-то виноват, только не он.

Я молчала. Он был в отчаянии и так напуган. Я пожалела его тогда, ведь я его любила! Это было тогда, а сейчас ненависть поднялась со дна души и качалась в моём туманном взгляде. В душе была такая пустота! «Мне надо было сразу в милицию идти, зачем его я пожалела!" подумала я, и решительно направилась в отделение милиции.

Неожиданно как гром среди зимы ко мне явился Игорь, в ногах валялся, плакал, просил моей любви, желал со мной остаться, но конечно же не просто так. Как жалок был и так противен! Душе моей сделали подарок, а может справедливость восторжествовала, Игоря посадили на пять лет. Любовь моя прошла, но едва ли сердце позабудет, что врезалось в него смертельным жалом и, выплеснуло яд, не умерев.