Спустя два с половиной месяца после вспышки болезни жизнь в Китае приходит в норму. С места событий передает живущий в Китае писатель Вадим Чекунов.
Вокзал в Шанхае встретил нас атмосферой апокалипсиса. Еще утром мы прощались с родителями жены, забирали их новогодние подарки (китайский новый год в этот раз прошел в тихом семейном кругу, без остальных родственников и друзей), потом удивленно озирались на непривычно безлюдном вокзале города Нинбо и ехали в совсем пустом вагоне, бодрясь и напевая про «большие города, пустые поезда». Такого раньше нам видеть не приходилось. И вот спустя пару часов — шанхайский вокзал. Тут уже народу прибавилось — те, кто может, возвращаются в мегаполис после неудавшихся новогодних праздников. Толчея возле спуска с платформы, а там... Металлические барьеры, громкие команды, полиция, добровольцы-помощники в синих защитных костюмах. Где-то вдали видны люди в полной экипировке, их костюмы белые, лица закрыты экранами.
Всех прибывающих выстраивают в колонну по одному, требуют скинуть капюшоны или снять шапки и направляют к тепловизорам. Затем нужно предъявить заранее заполненную анкету (показать скрин с ней на телефоне): откуда приехал, в какой район города следуешь, есть ли место для проживания в Шанхае и все личные данные. Без этой информации в город путь заказан. И все это под неумолкающий громкоговоритель, объясняющий правила приезда и пребывания. Один за одним идем по узкому коридору из барьеров. Никто не проскользнет бесконтрольно.
Лишь после прохождения всех процедур можно попасть в метро — необычно пустое, всего по паре человек в вагоне. Было уже не до песен. Ехали молча. Напротив нас сидела девица, тоже с вокзала — видно было по чемодану и пакету с подарками. На ногах ее были бахилы, тело прикрывал дождевик, на руки надеты перчатки. Дорогая и дефицитная маска, желтые защитные очки и медицинская шапочка на голове словно подтверждали — человек обеспокоен не на шутку.
