Штаны ещё не просохли от радостных собачьих фырканий, как их тут же оккупировал кот. И, не обращая внимания на то, что эти штаны надеты на живой организм (мой), решил как следует выразить свою любовь, запустив весьма острые когти в мою тушку. Благо, я не достоин (с точки зрения кота) избыточного объема его дефицитной любви и, посему, выражение её весьма коротко! Но дело к ночи, а собаченька недовыписана и недовыгулена, и надо собираться! Взгляд карих глаз Буси выражал глубокий скепсис в отношении этой затеи, но глубоко и , как мне показалось, обреченно вздохнув,собака собралась с силами и пошла к выходу, так сказать, выполнять свой собачий долг. На улице компания знакомых собак тут же приняла Бусю в круговерть из лап и хвостов, а я как стройный (надеюсь) кипарис под ударами стихии (в моем случае под ударами поводка) во всю наслаждался свежим воздухом. Ежесекундно прерываясь на выпутывание очередной лапы из капкана прочной веревки. Фраза соседки: «По - моему Бусю пора отпускать» легла на подготовленную почву, когда в радостном порыве клубок из трёх собачьих тел в очередной раз чуть не привёл к вывиху моего многострадального плечевого сустава. Петли поводка ещё опускались на утоптанный снег, а в тихое небо за моей спиной уже взвилась ракета, выпущенная подгулявшим по поводу долгожданного праздника мучеловеком. Мне показалось, что в этот момент Буся стала Царевной -лягушкой, я Иваном-царевичем,так не вовремя сжегшим её шкуру (в моем случае отпустил поводок), и путь предо мной нарисовался дальний. Мой путеводный клубочек (весом в 20 кг.) в мгновение ока укатился в сторону тридевятого царства, ну а за ним, матеря себя последними словами, припустил я. Клубочек через пару десятков метров вдруг вспомнил, что кричащий различные команды (иногда матерные) Иван-царевич до боли напоминает её хозяина, и нехотя прервал свой бег. В общем ну его нафиг! Пусть вывихивает мой сустав ... на здоровье.