Возвращался я как-то домой после работы. Была ночная смена, я очень устал, но утренняя прохлада немного меня взбодрила. Впрочем, план лечь и проспать до обеда не изменился.
Я живу в старенькой девятиэтажке на седьмом этаже. Туда я раньше поднимался на лифте, разумеется. Сейчас мысль подняться пешком не кажется мне такой уж глупой. Точнее, только так теперь я и добираюсь до своего этажа.
Так вот, зашел в свой подъезд, вызвал лифт. На улице уже было светло. Наверно, соседи только собираются на работу, а я вот уже вернулся. Хотя ночные смены даются все-таки сложнее. По крайней мере, мне.
Я зашел в лифт и нажал свой этаж. Уже предвкушал, как быстренько перекушу и лягу спать. Может, в телефоне немного посижу. Пока еще не решил. Весь день до вечера теперь в моем распоряжении!
И все бы хорошо, если бы вдруг лифт не остановился, а в нем не погас свет. Я сначала испугался, а потом просто понял, что отключили электричество. Нужно всего лишь немного подождать, а потом поеду.
Включил фонарик на телефоне и на всякий случай набрал номер диспетчера. Ну а вдруг с лифтом какая-то неполадка? Правда, дозвониться я так и не смог. Я долго слушал гудки, а потом надоело.
Я старался не паниковать. Ну посижу немного в темноте. Думаю, полчасика, не больше.
Было относительно тихо. Даже на лестницу никто не выходил. Как мне казалось. Я застрял где-то на четвертом или пятом этаже.
Вдруг мой слух уловил какой-то странный звук. Словно кто-то скребет ногтем по железу. Такой тихий, различимый и очень противный. Сложно было определить, откуда именно он доносится. Точно не со стороны лестничной площадки, тогда бы он не был таким четким.
Осознание пришло ко мне внезапно. По спине побежали мурашки. Этот звук раздавался сверху! Как будто кто-то скребет на крыше лифта. Теперь я начал различать шорохи.
Мне казалось, что от страха я забыл, как дышать. Кто-то сейчас сидит на крыше и пытается попасть сюда. Ко мне!
Я посветил фонариком на потолок. Там, вроде, все герметично заделано, хотя, наверно, работники лифта без проблем смогли бы открыть эту дверцу, которая предназначена для каких-то работ или эвакуации. Я так думаю. Через неё спокойно может пролезть среднестатистический мужчина. А значит, что и нечто другое тоже сможет.
И я не могу выбраться отсюда. Я в ловушке! Даже не знаю, на каком этаже застрял. И на помощь звать нет смысла. Может, если я просто тихо посижу, то тогда этот звук просто прекратится? Мне, наверно, просто померещилось. Все-таки здесь темно и тихо, вот и разыгралось воображение.
Но скрежет все не прекращался. Казалось, он становился все громче и настойчивее. Теперь я понял, что нечто наверху пытается все-таки открыть эту дверцу на крыше лифта и забраться в кабину.
Я не знаю ни одной молитвы, но начал взывать хоть к кому-нибудь и просить о помощи. Находиться здесь становилось невозможным. Эти звуки словно проникали в саму душу и заставляли её трепетать от страха.
Вдруг я понял, что крышка медленно начала подниматься. Я светил туда фонариком и отчетливо видел, как она сначала медленно поднялась, а потом исчезла во мраке шахты. А затем в образовавшемся окне появилось оно. Точнее, его голова. Лысая. Огромные красные глаза яростно изучали кабину, а затем остановились на мне. На бледном лице появилась довольная улыбка, обнажившая ряд острых желтых зубов. Оно начало медленно забираться в кабину.
Я остолбенел. Не знал, что мне делать, как быть, куда бежать? Оставалось только молиться. Оно же тихо посмеивалось. Или мне показалось?
Но тут мои молитвы оказались услышаны. Дали свет и лифт проехал совсем чуть-чуть, а затем остановился. Двери медленно разошлись. Все произошло так быстро. Я выскочил из лифта и упал на бетонный пол лестничной клетки.
Сосед недоуменно на меня посмотрел. Начал спрашивать, что случилось. Но я не сводил взгляда с лифта. Оно ушло. И я бы подумал, что все это мне показалось, если бы не открытая крышка. Я её видел даже отсюда. За ней все также стоял мрак. И там пряталось оно. На миг я отчетливо расслышал разочарованный вздох. Но, наверно, все-таки показалось?
С тех пор я не езжу на лифте. Мне кажется, что следующий раз будет для меня последним. Оно все еще там. Я его больше никогда не видел и не слышал, но точно знаю, что оно запомнило меня и ждет, когда я снова зайду в кабину и нажму кнопку своего этажа. Я не совершу этой ошибки. Не хочу стать одним из тех, кто зашел в свой подъезд, а затем бесследно пропал.