"«Булимия началась через неделю после помолвки (в феврале). Чарльз положил руку мне на талию и сказал: «Ой, несколько пухловата здесь, да?» И у меня внутри что-то перемкнуло. А еще это существо, Камилла. Я была в полном отчаянии.
Когда это случилось первый раз, я подумала, что я была слишком взволнована, и это как освобождение от напряжения».
Приступы булимии продолжались на протяжении всей подготовки к свадьбе
«Когда с меня впервые снимали мерки для свадебного платья, моя талия была 29 дюймов (74 см). А в день, когда я выходила замуж, талия была 23,5 дюйма (59 см). Я просто таяла с февраля по июль».
«Почти сразу после помолвки Чарльз улетел в королевский тур по Австралии и Новой Зеландии. Мне было странно, что он вообще не звонил узнать, как мои дела. Ни одного звонка за время его долгого отсутствия. Я оправдывала его: он очень занят. Я очень многое тогда пыталась объяснить и оправдать».
«После помолвки меня начали буквально преследовать журналисты. Фотографы были повсюду. Они сняли квартиру с окнами напротив моих окон и пытались подловить меня, шпионили за мной. Это так жестоко по отношению к девушке.
Мне приходилось завешивать окна простынями и выходить через черный ход, чтобы сбежать от них. Подруги, с которыми я жила, помогали мне в этом. Но не Чарльз. Он и его семья не делали ничего, чтобы защитить меня. Помню, он как-то сказал: «Бедная Камилла Паркер-Боулз. Журналисты повсюду возле ее дома». Я спросила: «Сколько их?» Он ответил: «Не меньше, чем четыре». «Боже мой, четыре! А у меня под окнами их 34!» - подумала я, но ему ничего не сказала, я решила, что должна справляться с этим сама».
Незадолго до свадьбы Диана переехала в Букингемский дворец.
«Я не могла поверить, какие все были холодные в этом доме. Я думала, дело в одном, а на самом деле происходило другое… Ложь и обман!»
«Первое, что ранило меня – мой (будущий) муж отправил Камилле Паркер Боулз цветы, когда она заболела менингитом: «Для Глэдис от Фрэда» (так они называли друг друга в целях конспирации)»
«Я была здесь одна (во время приготовлений к свадьбе), потому что Чарльза отправили в тот тур по Австралии и Новой Зеландии, и вы, наверняка помните мои фотографии, где я плачу в красном пальто, пока он идет к самолету. Все думали, я плачу из-за разлуки с ним. Но это не так. Перед его отъездом произошла ужасная вещь.
Я разговаривала с ним в его кабинете, когда зазвонил телефон. Это была Камилла. Я подумала: «Следует ли мне быть милой (и оставить его одного, чтобы он смог с нею поговорить наедине), или мне нужно просто сидеть здесь?» Ну, я решила быть милой, так что покинула кабинет. Это буквально разбило мне сердце».
«Однажды я услышала, как он разговаривает по телефону из ванной и говорит: «Что бы ни случилось, я всегда буду любить тебя». И когда я как бы между прочим сказала ему, что я подслушала его слова под дверью, у нас была ужасная ссора».
Кто-то из его офиса проговорился мне, что у моего (будущего) мужа есть браслет, сделанный для нее, она до сих пор его носит. Это была золотая цепочка с круглой вставкой из голубой эмали. А на нем буквы Г и Ф, «Глэдис и Фрэд».
Я пошла в офис к тому человеку (кто должен был отправить браслет) и попросила показать посылку.
Он ответил: «Вам не следует на это смотреть».
Я сказала: «Что ж, я как раз это собираюсь сделать».
Я открыла ее и там был браслет. Я сказала: «Я знаю, куда оно отправляется». Я была опустошена. Это было всего недели за две до нашей свадьбы.
Он ответил: «Ну, он собирается подарить это ей сегодня вечером».
Я была в такой ярости! «Почему ты не можешь быть честным со мной?» Но Чарльз оставался спокойным, как мертвец. Он принял свое решение, и даже если оно не будет работать, он его не изменит.
Свадьба у нас была в среду. А в понедельник (27 июля, 1981) нам провели последнюю репетицию в Св. Павле, и когда все огни камер были включены на полную, я осознала, что это будет за день. Я выплакала все глаза. Я была абсолютно раздавлена, по многим причинам. Это существо, Камилла, она везде совала свою голову на протяжении всей помолвки.
Он взял браслет в понедельник в обед (после финальной репетиции). Я подошла к его охраннику, который был еще в офисе и спросила: «Джон, а где принц Чарльз?»
И он ответил: «Он вышел на обед».
Я спросила: «А разве ты не должен быть с ним?»
«О, я собираюсь забрать его позже».
Так что, я пошла наверх, обедать со своими сестрами, которые уже были там. И я сказала: «Я не могу выйти за него замуж. Я не могу этого сделать. Это абсолютно невозможно». На что они ответили:
«Не повезло тебе, Датч (детское прозвище Дианы), ваши портреты уже на всех чайных салфетках, так что, слишком поздно, чтобы отступать»."
